После того, как световые лучи побледнели и растворились в воздухе, уходя вместе с последними тактами мелодии, из провала внезапно раздалось резкое шипение. После приятной музыки этот звук пугающе резанул по ушам, и мы с Юлей отпрянули от провала. Шипение быстро стихло, и из колодца показались густые желтоватые клубы. Юля кашлянула и бросилась к двери, я последовал за ней и тут же услышал серию щелчков - мой транво автоматически подключал дополнительные фильтры.
Надрывно кашляя, Юля вставила карточку в щель электронного замка, но дверь не открылась. Она попробовала ещё - никакого результата. Красный огонёк замка даже не моргнул - значит, дверь была блокирована автоматикой...
Ах, чёрт! Меня словно дубиной по башке огрело. Как же это я сразу-то не сообразил!! Раз автомат блокировал дверь, чтобы газ не распространялся по остальным помещениям, то, когда мы с Юлей входили в пещеру, он обязательно должен был проверить, есть ли на нас средства защиты - элементарная техника безопасности, ну конечно! Вот почему Карл настаивал, что мы должны сойти за одного человека, ведь транво был только на мне! Выходит, этот гад отправил Юлю на верную смерть?!! От такого неожиданного озарения живот скрутила судорога, и я вынужден был ненадолго остановиться, ухватившись за камень. "Ну, считай, возвращаю тебе должок", - раздался в моей голове голос Карла. Нет, понял я и, оттолкнувшись от камня, поплыл дальше. Смерть предполагалась не Юлина, а моя. "Ты ведь от неё совсем на череп опрокинулся, я же вижу!" Карл рассчитывал, что я не позволю девушке погибнуть и отдам ей транво. Что я умру ради неё.
И я его не подвёл.
Зато он ошибся кое в чём другом! Проклятый откатник оказался не в меру живучим и даже... Мысли прервал странный... гул? Да, пожалуй, можно назвать это "гулом", только не из звуков, а цветных пятен разного размера и формы. Пятна мельтешили повсюду, перекрывали и теснили друг друга, сливаясь в сплошную мешанину образов. Я замотал головой, силясь разогнать эту кашу, чтобы снова увидеть, где нахожусь, и в тот же миг одно из пятен рванулось вперёд, заслоняя все остальные. "Гул" притих, и перед глазами возникла картина меня самого, бестолково трясущего головой возле стены туннеля. Я "осветил" стену "фонарём", и на картину наслоилось уже ставшее привычным звуковидение. Теперь на фоне общего "гула" я видел себя и одновременно ясно слышал каменные неровности туннеля. Невероятно, но одно совсем не мешало другому, голова работала, как компьютер, выполняющий сразу несколько программ.
Я подумал о Юле, и передо мной мгновенно раскрылось ещё одно пятно из "гула". Маленькая беззащитная фигурка на каменном полу пещеры, колени подтянуты к подбородку, на лице мягко поблёскивает транво. И тут я понял, откуда берутся видения - из воды! Именно она несёт в себе "гул" образов, а я могу выбирать из него всё, что захочу.
Спустя некоторое время я приноровился быстро вытягивать нужные сведения, не отвлекаясь на посторонние "шумы", и уверенно двинулся вперёд, не забывая поглядывать, как там моя девочка.
Она всё так же неподвижно сидела и смотрела в одну точку. Глаза её были сухими. Она даже не плачет, настолько ей плохо, подумал я, и в груди что-то неприятно сжалось, а потом в голову жаркой волной ударила злость. Ну, Карл, сука, ты мне за это ответишь!
Я изо всех сил заработал ногами, максимально увеличивая скорость. В голове вспыхнула полная карта подземной реки и всех её ответвлений. Теперь я точно знал, куда плыть.
* * *
- Зачем вы прыгнули в колодец?
- Не хотел, чтобы Юля пыталась снять транво и отдать мне обратно.
- Что вы делали в колодце?
"Да тонул, ёкарный бабай! Тонул, идиот, неужели не ясно?!" - хотелось мне выкрикнуть в бледное и плоское, как блюдо, лицо типа из службы госбезопасности, а потом схватить его за грудки и трясти, пока голова не отвалится, чтобы он больше не мог в сотый раз задавать одни и те же вопросы. Но я сдержался, стараясь сохранить доброжелательный тон.
- Меня унесло течением в подземную реку, и я вынырнул в одной из пещер. Там есть воздух. Это недалеко от колодца, можете проверить.
- Кто рассказал вам, как найти эту пещеру?
- Никто. Я наткнулся на неё случайно, я ведь уже объяснял.
- Почему вы не задохнулись?
- Понятия не имею. Я просто вынырнул в пещере и понял, что могу дышать ленуэлльским воздухом.
- Вы знали, что так будет?
- Нет.
- Кто-нибудь когда-нибудь говорил, что такое может произойти?
- Врачи говорили матери ещё до моего рождения, что операция по внесению ленуэлльского генного стандарта прошла успешно.
- Но вы всё равно родились с откатом генома.
- Да.
- Почему?
- Я не знаю, я не специалист.
- До этого случая вы когда-нибудь пробовали снимать транво?
- Да.
Глаза плосколицего чуть расширились, он немного подался вперёд и быстро спросил:
- Где, когда и при каких обстоятельствах?
- У себя в комнате каждый день после прохода через шлюз, - невозмутимо ответил я.
Мелькнувшее, было, нормальное человеческое выражение лица гэбэшника вновь скрылось под непроницаемой маской.
- Вы снимали трансформатор воздуха, находясь вне помещений, специально для вас оборудованных?
- Да.
Плосколицый слегка сжал челюсти.
- Где?
- В пещере с поющим колодцем.
Когда мне уже казалось, что этот бессмысленный допрос будет продолжаться, пока гэбэшник не умрёт от старости, дверь отворилась, и в кабинет вошёл пожилой, но подтянутый и, сразу видно, сильный человек со стаканом воды в руках.
- Вы свободны, - бросил вошедший моему мучителю и тот, не сказав больше ни слова, незамедлительно удалился.
- А можно, я тоже пойду? - без особой надежды спросил я.
Старик рассмеялся, сел за стол напротив меня и откинулся в кресле.
- Меня зовут Валентин Дмитриевич, - представился он и отпил из стакана.
- Александр Рогов, - буркнул я и закинул ногу на ногу.
- Ну, тогда пей, Александр, - Валентин Дмитриевич пододвинул мне стакан.
- Зачем? - опешил я.
- Думаю, ты догадываешься.
Сердце гулко бухнуло, и рука сама потянулась к стакану. Большой глоток прохладной волной прокатился в горло.
Валентин Дмитриевич улыбнулся:
- То, что вода - хранитель информации, известно давно, ещё с двадцатого века, и не ты один умеешь этим пользоваться, но ты первый, кто открыл способность читать с воды самостоятельно. Потому что она заложена в тебе генетически. Как и другие, не менее удивительные свойства организма. Ты не выныривал в пещере с воздухом, ты очнулся в реке, запертой в подземном туннеле, и обнаружил, что можешь дышать под водой.
Я молчал.
- Что ты прочёл? - Валентин Дмитриевич указал на стакан. - Смелее, Саша, ты ведь уже понял, что я в курсе твоих возможностей. Что сказал тебе этот глоток воды?
- Что вам можно доверять, - неохотно признался я.
- И это всё? А кто я такой, где работаю, какие у меня цели и задачи?
Я безмолвно помотал головой.
- Правильно. Потому что я умею контролировать передачу сведений. Я не могу заставить воду лгать, она, как компьютер, помнит все данные о том, что с ней соприкасается, но информацию можно защитить от считывания. Ты тоже научишься, если станешь работать с нами. Пока же ты наследил в колодце так основательно, что наши спецы всю твою подноготную увидели.
- Тогда для чего вы тут устроили комедию?! - взорвался я. - Зачем подослали этого... - у меня чуть не вырвался нецензурный эпитет.
- Хотел посмотреть, как ты будешь себя вести.
- И как я себя вёл?
- Нормально. Нервы крепкие, выдержка есть, лишнего не болтаешь. То, что надо.
- Надо? Для чего?
- Для работы, Саша. Серьёзной работы. - Валентин Дмитриевич встал и принялся неторопливо прохаживаться по комнате. - Ты прекрасно понимаешь, что такие люди, как ты, небезразличны правительству, хотя и пытаешься скрыть свои новые способности, - он остановился и, сдвинув брови, уставился мне прямо в глаза.