Выбрать главу

– Я не умею… шить, – пожала плечами Меган, оглядывая комнату и думая не о шитье, а о веревочной лестнице. Шелк – очень прочная ткань, особенно если сплести вместе несколько полос. В плетении она тоже не слишком разбиралась, но кто-нибудь в гареме обязательно ей поможет. К тому же, что толку плести веревку, пока ты не нашел окна, к которому ее можно будет привязать?

– Я тоже не умела, а сейчас ничего, получается, – со счастливой улыбкой сказала Шани. – Пошли, мы сошьем тебе шортики.

– А трусы? – спросила Меган. – Или рубашку? Или, может, платье?

– Нет, трусы нельзя, – сразу посерьезнела Шани. – Слушай, Меган, не говори того, в чем нет смысла, хорошо? Ты здесь видела кого-нибудь в трусах?

– Нет, – ответила Меган. – Прости, я, кажется, сказала глупость. Слушай, а может, майку? Или короткие штанишки? Подожди, как это называлось, я где-то видела… да, мини-юбка!

– А что это такое?

– Не знаю, что-то вроде юбочки для школьниц.

– Это что, носили в школе? – спросила Шани, широко открыв глаза. – У них в школах были гаремы?

– Кто их знает, – нахмурилась Меган. – Значит, придется шить. Вот зараза.

ГЛАВА ВТОРАЯ

В комнате были и ножницы, прикрепленные цепочкой к полке, с лезвием величиной с ноготок, только чтобы отрезать небольшой кусок ткани. Меган заметила, что в помещениях гарема вообще не было ничего, что хотя бы отдаленно походило на нож или какое-то оружие. Взяв нужную ткань, девушки вернулись к Эмбер.

– А что ты хочешь сшить? – спросила Шани.

Меган оглядела сидящих в комнате девушек. Большинство были одеты в легкие халатики, но некоторые носили кое-что другое. На одной девушке были прелестные голубые шортики и такой же лифчик, отделанный кружевами. Меган сразу поняла, что сшить нечто подобное ей, конечно, не по силам, не говоря уже о том, чтобы расхаживать перед посторонними в нижнем белье.

Но ведь надо же чем-то поддерживать грудь. Да и трусики очень бы не помешали.

– Ну что-нибудь… в общем, прикрыться сверху и снизу, – ответила Меган и покачала головой, заметив, как озабоченно нахмурилась Шани. – Да ты не бойся, я не собираюсь… закрываться совсем, черт тебя побери. Мне нужно просто хоть немного прикрыть грудь и задницу. Что-нибудь на пуговицах. Всего несколько пуговиц. Вот научусь шить, сошью себе что-нибудь типа трусов и лифчика.

– Ох, это трудно, – печально сказала Шани. – У меня ничего не получается. Среди нас одна Мирта умеет шить по-настоящему. Она такая мастерица, что никто не смеет ее задевать, а она даже не из круга Эшли.

– Эшли? – переспросила Меган, рассматривая кусок прекрасного голубого шелка, который, как вода, струился по ее руке. – Ну, как тебе? – спросила она, прикладывая шелк к груди поверх халатика.

– Короче, – мрачно сказала Шани. – В смысле поуже, ну как еще сказать, не знаю.

– Отлично, – хмыкнула Меган, складывая ткань вдвое. – Если я сделаю вот так, у меня все вывалится наружу.

– Послушай меня, пусть лучше вываливается, – сказала Шани. – Если Кристел заметит, что ты стараешься прикрыть тело, тебе придется плохо.

– Понятно, – нахмурилась Меган. – Покороче. Расскажи мне об Эшли, – сказала она, раскладывая ткань и пытаясь определить, где нужно отрезать. И как: резать маникюрными ножницами была та еще задачка.

– Вон она, играет в триктрак, – прошептала Шани, бросив опасливый взгляд в дальний угол комнаты: там, лежа на животе и лениво болтая в воздухе ногами, смотрела на игральную доску высокая, плотно скроенная блондинка.

– Ну и что? – спросила Меган.

В эту минуту она пыталась отрезать ровный кусок ткани, однако ножницы лишь кромсали ткань, оставляя на ней лохматые зазубрины. Меган сделала еще одну отчаянную попытку, на этот раз туго натянув материю, но коварные ножницы вновь отказались двигаться по прямой, предпочитая вырезать ткань полукругом. Да уж, в таком наряде на людях не покажешься.

– Она первая после Кристел, – сказала Шани. – Правда, Кристел об этом никогда не говорит, а вот Эшли говорит и ведет себя соответственно. Это она донесла на Эмбер, когда та проговорилась о побеге. Эшли действует не одна, у нее есть помощники. Она и до тебя доберется: она любит причинять людям боль.

– Да, такие люди встречаются, – ответила Меган. – Так вот учти: я сама из них. Во всяком случае, если меня хорошенько разозлить. А над тобой она издевается?

– Теперь не очень, – печально вздохнула Шани. – Я стараюсь вести себя потише и никого не задевать. Так что они ко мне почти не пристают. Почти.

Тюремные нравы. Папа как-то рассказывал ей о подобных вещах. Берется группа арестантов, все равно каких.

Одну ее часть делают «охранниками», а вторую – «пленниками». Неделями этим охранникам позволяют садистски издеваться над пленниками, которые вынуждены сбиваться в стаи, чтобы общими усилиями отражать нападения.

И еще он говорил: «Тюрьма – это та же жизнь, девочка, где ты из кожи вон лезешь, чтобы доказать свою силу и не дать себя затоптать. И мешкать здесь нельзя».

Впрочем, тюрьмы остались в таком же прошлом, как и… война, если уж на то пошло, но отец, судя по всему, знал практически все. И очень многое испытал на себе.

– Иногда они хотят, чтобы я занималась с ними сексом, – продолжала Шани. Отрезав треугольный кусок ткани, она задумчиво смотрела на него, словно о чем-то вспоминая. – Это… ну, иногда это не так уж и противно.

– Шани, – мягко окликнула ее Меган.

– Что?

– Познакомь меня с Эшли и ее подружками, – попросила она и мило улыбнулась.

– Не вздумай с ними связываться, – предупредила Шани. – Кристел очень не любит, когда затевают драку.

– Ну, до этого не дойдет, уверяю тебя, – ответила Меган. – Предоставь это мне.

Взяв отрезанную ткань, она вновь примерила ее на себя, немного подрезала, сложила пополам, затем вновь развернула.

– Возьми, – сказала Шани, протягивая ей булавки. – Заверни по краям и подколи.

– Ну и морока, – проворчала Меган.

– Подумаешь, зато время можно убить, – пожала плечами Шани. – У нас можно шить, разговаривать, купаться и играть в настольные игры. Конечно, когда Пола нет.

– А когда он сюда приходит, вас всех насилуют, – хмуро добавила Меган.

– Все не так уж и плохо, – сказала Шани. – Нет, правда. Ты же все равно ничего не можешь сделать, так не лучше ли постараться получить от этого удовольствие? Думай в это время о своем парне или о чем-нибудь еще. О девочке, если ты предпочитаешь такой секс.

– А ты какой предпочитаешь? – спросила Меган.

– Не знаю, – улыбнулась Шани. – Когда я хочу получить удовольствие, я думаю о парнях. А когда хочу просто расслабиться, о девушках.

– А единственный «парень» здесь, разумеется, Пол, – сказала Меган.

– Ага.

– А какой он? – неожиданно для себя спросила Меган.

Она заранее решила, что будет осторожно собирать информацию, но, кажется, сейчас она обманывала саму себя. Хотя, если уж тебе суждено провести остаток своих дней, оказывая «услуги» какому-то мужику, нужно, по крайней мере, знать, с кем придется иметь дело.

– Не очень огромный, слава богу, – пожав плечами, сказала Шани. – Знаешь, мне иногда даже приходится его тормошить, а то все как-то слишком быстро. Похоже, он считает, что это просто его долг.

– Трам, бам – спасибо, мадам, – сказала Меган, думая о том, что если все это только «долг», то пробирка и искусственное осеменение были бы прекрасным решением проблемы. Хотя, как она где-то слышала, «непосредственный контакт» дает лучшие результаты. При мысли об этом Меган передернуло. «Племенная кобыла, вот я кто».

– Ага. «О, мне пора идти». И быстренько сматывается. Я уже давно с ним… не была. То есть уже вообще не помню когда. Здесь как-то теряешь представление о времени.