– И я надеюсь завести новых.
«Он что, только что подмигнул Руте? – несколько напряглась Шайн. – Что тут, Дар'Тугу побери, происходит?»
Инквизитор тем временем распрощался с сестрами, одинаково любезно кивнув обеим, но несколько задержавшись взглядом на лице Руты, и удалился в сторону площади Семи Висельников.
– Ну и что случилось с твоим «кишки на яйца намотаю»? – вопрошала Шайн на кухне пять минут спустя.
– Ты же сама запретила мне его трогать! – несколько покраснев возмутилась Рута.
– Как тогда назвать ваш милый променад под ручку? – прищурилась Шайн.
– Сбором информации, – парировала сестра. – Надо же выяснить, что ему на самом деле тут надо!
– Ты поэтому так мило с ним любезничала?
– А что, надо было грубить?
– Надо было не подходить!
– Он сам подошёл!
– Интересно зачем? Уж не затем ли, зачем в прошлый раз? Мало нам облав в городе, этот даже домой притащился!
– Но мы же тихо себя ведём аж с Золотой луны, – сделала большие глаза Рута.
– Ты ему это скажи, – фыркнула Шайн. – Мол, господин инквизитор, мы на шабаше так умаялись, что сил нет людей изводить!
Рута слегка потрясла головой, отгоняя отдельные воспоминания с шабаша, и еще больше покраснела.
– Даже не знаю, что беспокоит меня больше: когда ты собираешься убить инквизитора – или когда ты с ним флиртуешь, то есть, прости, собираешь информацию!
Рута состроила возмущенную физиономию, но ничего не сказала.
26-е, месяца листопада, года 387 от основания Белокнежева.
Крогенпорт.
– Это сколько прошло с последнего убийства, полторы декады? Интересно, что его задержало? – задумчиво проговорил Франциско, глядя на перекинутый через перила балкона труп молодой женщины с отрезанными ушами. Сержант Гробуш, первым прибывший на место преступления сотрудник Управы равнодушно пожал плечами, явно скучая в ожидании того, когда наконец приедет карета из мертвецкой и увезет тело.
Распрощавшись вчера с сестрами Драго, инквизитор до поздней ночи изучал записи Мартина по этому делу да разговаривал с родственниками и знакомыми жертв. В дом друга он вернулся поздно и только собрался лечь спать, как пришло известие об еще одном убийстве. Проститутка с площади Закополы, носящая дерзкое имя Не–Святая Агнесса, едва успела выйти из дома на поиск клиентов, как почувствовала, что сверху на нее капает что-то теплое. Подняла голову – и пронзительно закричала: с балкона мансарды на нее мертвыми глазами смотрело бледное женское лицо.
– Сюда проходи, господа с тобой побеседовать хотят, – послышался из комнаты голос отца Никифора, пославшего Мартину известие о новом преступлении. Франциско обернулся.
Молодой парень шагнул из комнаты на балкон, бросил быстрый взгляд на тело и тут же отшатнулся, смертельно побледнев.
– Вам плохо? – спросил у него Мартин.
– Кровь. Не. Люблю, – с трудом выдавил парень, сглатывая и отворачиваясь от трупа. – Давайте там?
Он махнул рукой в сторону комнаты и, не дожидаясь одобрения, ушел с балкона. Мартин и Франциско последовали за ним.
– Так лучше? Тогда рассказывай, – потребовал Франциско, складывая руки на груди.
– Ну, а чего там рассказывать? – откашлялся парень и хотел было сплюнуть на пол, но передумал, глядя на возвышающегося над ним инквизитора. – Шел я домой, значит, – в соседнем доме живу, – а тут Агнесса на встречу бежит. Глаза выпучила, рот разинула и руками машет. Как увидела меня, так вцепилась, чуть на землю не повалила. «Убили» кричит, «убили», а больше ничего сказать не может. «Кого, – спрашиваю, – убили? Чего ты несешь, дура?» А она пальцем куда-то за спину тычет. Ну я подошел посмотреть, а тут кровь. А я, это, не люблю, – он передернулся и замолчал, мрачно глядя на балконную дверь.
– Но ты знаешь, кто эта женщина? – спросил Мартин.
– Дык, конечно, знаю. Это ж проститутка из того вон борделя!
– Да не Агнесса, – поморщился чародей. – Убили которую.
– А, ну это Драгана, она того, колдовала помаленьку, – неуверенно выговорил парень, косясь на Франциско.
– «Помаленьку» – это как? – уточнил инквизитор. – Зелья варила? Лечила?
– Да не, знала всякое…
– Например?
– Ну, там, куда второй носок дел, да будет ли дождь, да стоит ли на дело идти… На работу в смысле!
Франциско хмыкнул, но «работу» комментировать не стал, вместо этого вполголоса обратившись к Мартину:
– Ведунья. Что ж, это объясняет уши.
Мартин кивнул и посмотрел на парня.
– Есть идеи, кто это сделал? Может, видел кого незнакомого или подозрительного в районе?