– Вообще или только цензурных?
Рута рассмеялась, чувствуя как вместе с шуткой уходит легкий лед в общении, и, протянув руку, взяла бокал.
– За самую удивительную веду, что я когда-либо встречал в своей жизни. За тебя, Рута!
– На брудершафт? – прищурилась девушка.
– Только если дама настаивает.
– Дама очень даже настаивает!
Они сплели руки и одновременно сделали глоток из бокалов, после соединяясь губами в жарком поцелуе. Поставив бокал, девушка обняла ладонью щеку инквизитора и легко куснула его за губу.
– А как же ужин? – прошептала она, глядя на его затуманенный взгляд.
– Во Тьму ужин.
– Ну уж нет! – со смехом ответила она, отталкивая от себя мужчину и принялась чинно раскладывать на коленях салфетку. – Я желаю изведать вкус того, что в кои-то веки готовила не я!
Инквизитор прищурился, глядя на издевающуюся над ним ведьму, и галантным жестом указал на стол с кушаньями.
– Позволь я за тобой поухаживаю. Что хочешь попробовать в первую очередь?
– Всё! – решительно ответила Рута. Губы Франциско расплылись в коварной улыбке, и мужчина встал.
– Сама напросилась!
Неизвестно где. То же время.
Шайн стоически переносила тяготы заключения и абсолютную глупость своих нянек, за несколько часов умудрившихся выложить ей все, что знали и все, чего не знали, слезно прося пани «помыться, а то ить Делграв Дробнарушка дюже на расправу скор!» на что девушка лишь фыркнула, мысленно уже разделав этих двоих под орех.
Она не сомневалась, что Рута ищет ее. По другому и быть не может! Ее похитили рано утром, и даже если сестрица, по своему обыкновению, проспала до обеда, то после наверняка обнаружила, что ее нигде нет. А уж найти ее Рута сможет с любого расстояния, где бы она не находилась, воззвав к своей демонской половине. Проблемой мог стать лишь ветрогон, вернее, штормовые ветра над морем, которые наверняка мешали нормальному полету.
Как выяснила ведьма, она находилась на одном из скалистых островов недалеко от Фелисовых островов. Нечисти тут не водилось, то ли он заклят, то ли попросту никому не сдался, но культисты чувствовали себя на нем вполне вольготно. В общем-то и не было на острове ничего, кроме старых руин разрушенного храма да пары десятков кривых сосен. Кому он принадлежал – неизвестно. И так бы и стояли эти руины нетронутыми, если бы однажды не наткнулся на них первосвященник и основатель культа Делграв Дробнара Касимир, да не просто наткнулся, а случайно обрушил колонну, скрывающую тайный ход вниз. Как можно «случайно обрушить колонну», Шайн не знала, а потому предпочла поверить на слово. Как оказалось, то, что было сверху, являлось лишь ширмой, настоящий храм был тут, внизу. Огромные, выдолбленные в камне, залы, отделанные гранитом переходы, каменные алтари и высокие безликие статуи… Храм поражал воображение, но был столь же заброшен, как и тот, что наверху. Также словоохотливые «няньки» поведали ей, что в жертву ее принесут ровно в полночь, дабы сила ее могла свободно высвободиться да по полной луне к Всевышнему уйти, но посоветовали не гневить бога. Делграв Дробнара который, разумеется.
Шайн «приводили в жертвенный вид» уже больше трех часов. Мыли, скребли, потом снова мыли и снова скребли. Лучше бы в грязь не кидали, паскуды! После того, как ей в шестой раз вымыли волосы, ведьма озверела и пообещала первому, кто еще до них дотронется, сломать нос. Послушники помялись, но не рискнули, вместо этого с поклонами отводя ее в купель.
Купель была воистину потрясающей! Она, в отличие от нелепого культа злого божества, была здесь явно задолго до всех этих людей и их делишек – огромная, выдолбленная в скале слабо мерцающего в окружающей темноте молочно-белого камня с голубыми прожилками. Чудесный источник сам собою наполнялся лазурной водой, а стоило в него опуститься, как девушка почувствовала пощипывание. С удивлением глядя на свое тело, она поняла, что мелкие ссадины полностью исцелились, синяки сначала уменьшились, а затем побледнели и исчезли. Даже боль в ребрах, и та стала гораздо меньше. На руке, правда, к пальцам до конца не вернулась чувствительность, но исключительно потому, что Шайн постоянно дергали и не давали покоя руке. Действительно – на кой оно жертве? Воистину удивительная вода – она не противилась ни силе ведьм, ни силе инквизиторского ошейника, легко обходя защиту от воздействий первой и рассеивания второго, и исцеляла. Шайн почти с сожалением покидала купель.
Один из послушников торопливо наносил на ее тело неизвестные ей узоры густой красной краской, когда вернулся первосвященник. Касимир удовлетворенно оглядел преобразившуюся ведьму – ее даже подкрасили для такого повода, тьфу!