– Когда начнется выступление? – вместо ответа спросил он, и хозяйка салона кивнула, понимающе улыбаясь.
– Как только панна настроит свою знаменитую лютню. Горячий грог сейчас принесут, пан. Сегодня и в ближайшие дни мы готовим по особому, благодатному рецепту в честь приближающегося праздника...
Франциско молча положил на стол золотую монету. Та глухо звякнула о дерево и секундой позже исчезла в складках платья.
– Сделайте двойную порцию, – попросил он, и женщина ушла.
Посетители, казалось, ничуть не раздосадованные заминкой, вели себя спокойно. Никто не шумел, не ругался, не обращался в чудовище... Франциско вздрогнул, вспоминая его вид. Неужели это и есть Рута? То, чем она является на самом деле? Что же она такое?
– А теперь последнее задание перед посвящением, Франциско. Ты готов?
– Как никогда, святой отец!
– Прекрасно. Ты окончил свое обучение охотника с наивысшими баллами и целым морем практики. Твой наставник, пан Брохвич очень тепло о тебе отзывался и дал тебе наилучшие рекомендации. Я так понимаю, последние десять лет ты провел с ним бок о бок? Он не любитель просиживать штаны дома...
– Так и есть. Мы много путешествовали в поисках злых тварей.
– Тогда это дело не станет для тебя обузой. Священный синод постановил для тебя отдельное задание, как раз по твоим способностям. Слушай же: тебе дается месяц. Найди самую страшную тварь и принеси нам ее голову. Также нужно будет написать подробный доклад по теме, почему ты решил, что самая страшная – именно эта тварь, каким образом ты ее нашел и упокоил. Все понятно?
– Убить самую жуткую тварь, написать доклад синоду. На все месяц. Понял.
– Да прибудет с тобой пламя Дии’Рава, сынок, и да осветит он путь твой благостный... И это... Не лезь к ведьмам.
– Ваш грог, пан Ваганас.
– Благодарю.
Хозяйка салона принесла целый чайник. Поставив его на металлическую подставку, ловко сунула под нее плоскую свечку и зажгла ее. Подождав минуту, налила ему целую кружку – глиняную, толстостенную – и, поклонившись, ушла к другим посетителям.
Франциско отпил немного грога и выдохнул. Да уж, рома не пожалели! Погруженный в свои мысли, он не сразу обратил внимание, что голоса стихают, а менестрель, наконец настроив упрямую лютню, садится поудобнее.
Девушка запела. Что это был за голос! Глубокий, грудной и звонкий, он обволакивал, будто густая патока, однако вырываться из сладкого плена совершенно не хотелось, наоборот, хотелось погрузиться еще глубже, нырнуть с головой... Мгновенно не важны стали ее фигура и внешность, да что там, Франциско замер, даже не донеся до рта кружку, зачарованно слушая песню и ощущая, как от проникающего в сердце голоса панны по его коже побежали мурашки. Пробирало насквозь.
Ну, здравствуй, Зверь. Я снова здесь один,
В моей душе – заснеженной пустыне –
Идут дожди, и скрылось солнце ныне,
Сплетая в вечный сумрак ночь и день.
Как я люблю твой теплый, длинный мех!
Он греет пальцы в лютые морозы.
Стирая с губ любви сухие слезы,
Латаешь мое сердце, как доспех...
Зал замер. Больше не слышно было ни звона бокалов, ни шепота. Такая гулкая тишина царила в ничем не примечательном салоне, что казалось, чуть напрягись – и различишь, как снаружи падает снег.
Мой Зверь, пылаю я. Но холодней
Становится час от часу в округе
Как гнев в душе, вокруг гуляет вьюга,
Не становясь ни тише, ни теплей.
В прозрачно-синем окруженье тьмы
Мой снежный мир терзают бури боли,
И воет заточенный Зверь, невольно
Рождая демонов: то Мести, то Вины...
Франциско вздрогнул и едва не облил себя напитком. Демоны! Ну конечно! Это был Дар’Тугов демон, а не обычное чудовище, порожденное чьим-то извращенным колдовством! Как это возможно?! Чтобы вызвать демона, необходимы чернокнижные ритуалы, и то надолго его призвать не получится. А если где оплошать в ритуале, то демон тебя попросту растерзает! Единственный, кто мог надолго вызывать демонов, был небезызвестный Серафин Гриф, умудрившийся соединить два несовместимых до того вида магии: чародейство и колдовство, которые считались – и до сих пор считаются – взаимоисключающими потому, что энергетические потоки, которые они используют, совершенно разные... А Гриф сумел! Собрав самые темные знания из обеих наук, сотворил и призвал столько нечисти, что хватило бы и на два Гибельных, ставил такие страшные опыты, что данные до сих пор засекречены Капитулом, но сумел. Но на материке демонов и их ущербные копии – полудемонов, давно уничтожили, а все прочие заперты там, за полоской соленого моря... И он ни разу не слышал, чтобы демоны захватывали власть над человеком. Им это попросту ни к чему.