В ночном саду осталась только она…
Часть 2. Глава 6
Она проснулась утром в сильной тоске и с такой больной головой, что ничего не хотелось слышать. Хотелось спрятаться от бьющего в окна солнечного света и попросту все забыть, попробовать закрыться с головой одеялом и снова заснуть. Но ей не удалось. Подушка противно мокрая. Наверное, от слез.
Вчера вечером ее никто не встречал. В квартире не горел свет, окна наглухо закрыты. Лия позвала Сашу, однако ответа не получила. Дома никого не было. На нее нахлынуло такое сильное чувство одиночества, что хотелось завыть белугой. Болела подвернутая нога, ныло в груди от непонимания того, что нужно делать. Да и вообще было настолько гадко, что сил не оставалось. Она звонила мужу – в ответ тишина; Паше – та же ситуация. В трудную минуту никого не оказалось рядом. Ни одного близкого человека. Единственная женщина, которая могла помочь также оставила ее в том парке.
Лия полностью погрузилась в яму отчаяния и когда смогла заснуть, то та яма преобразилась во что-то неказистое, страшное, немыслимое. Ей снился город, уходящий под воду, такое же несравненное одиночество, ей снился проклинаемый ею же самой Нард’шан. Она ненавидела, всеми фибрами души ненавидела Саира, отца Пустыни, Великого Тирана, который одним мановением руки перекроил всю историю, заставил ее и многих других вместе с ней страдать. Она была беженцем, одним из миллионов. Она была лесным жителем, поющим свои диковинные песни о древних временах, воссылая славу минувших веков. Она была матерью сына, которого забрали еще в малолетстве ради того, чтобы он исцелился от какой-то страшной болезни. Они врали. Они все ей врали, всю свою жизнь!
В этом безумном бреде прошла вся ее ночь, и сейчас она думала, что осталась одна. Лия не знала, что рядом с ней сидел ее муж и с такой же тоской смотрел на нее.
Ему тоже снились сны. Страшные, болезненные… Он ждал приказа. Он стоял на Стене и ждал приказа вместе со своим одноруким другом, который никогда не терял бдительности. Облачно, накрапывал дождь, мокрые руки стискивали холодный автомат – совершенно лишний предмет. Его задача была другая... одним точечным ударом разрешить узы жизни и мучений сотен тысяч людей. Он ждал приказа и совершенно не слушал пошлых шуток своего однорукого напарника.
Но сейчас Саша был не во сне. Наяву он сидел на кровати и с раскуроченным в клочья сердцем смотрел на жену, которую любил больше жизни.
Нежно провел рукой по голове, скрытому одеялом. Лия не ожидала, вздрогнула и резко подпрыгнула на кровати. В одно мгновение, не обращая внимания на обиды и сопротивление, он сбагрил ее в свои объятия и ни как не хотел выпускать.
- Я видела ее, - ответила Лия, когда уже полностью сдалась. – Ночью в парке. Ты мне не поверишь, но это была она.
- Я поверю.
- Нет!
- Я верю.
Она отлепилась от мужа и посмотрела в его уставшее лицо.
- Где ты был?
- В лаборатории.
- У Загорных озер?
- Да.
- Но что ты там делал? Мы же передали руководство другим. А где Паша?
- Уехал на ферму. Там тоже что-то случилось.
- Тоже что-то случилось… - Лия прошептала эти слова с каким-то смутным подозрением. – Объясни мне, пожалуйста. Что с нами происходит?
Саша расстроенно взял ее за руку и повел к экрану монитора. Он держался до последнего и совершенно не понимал, что теперь делать и как к этому относиться.
Увиденное, повергло жену в шок. Она держалась за голову, не дыша, просматривала данные; схватила результаты своих собственных трудов, проделанных два года назад на этой ненавистной работе и начала их сравнивать. И еще больше ужасаться происходящему.
- Так и есть, - с мрачной тоской произнес Саша. Он положил руку ей на плечо. – Володя сейчас там, но даже ума не приложу, что еще можно поправить. Лия, мы теряем Озера.
***
- Теперь все понятно! – Проговорила Лия, спустя несколько часов. Саша как раз получил подробный отчет о бедственности положения от Володи. – Птицы умирают, степи горят, Озера отравляются.
- Что ты хочешь сказать этим? – Угрюмо спросил Саша.