— Твои с удовольствием перемываю, — поглядывая в её сторону, сказал Вито. Ива же за машиной снимала платье.
— Ненавижу эту моду. Одна дура с кривыми ногами стала носить длинные юбки, так другие потом последовали её примеру. А потом идея пришла, что чем меньше мужчины видят, тем лучше. Предлагали ходить женщинам с головы до ног. Жарко же. Вот я бы их закутала самих. Тело потеет. Юбка к ногам липнет. Движения сковывает. Зато не видно кривых ног, — проворчала она. Ива появилась в рубашке и шортах. Она села рядом с Вито и вздохнула свободнее. Откинулась назад, подставляя тело прохладному ночному ветерку.
— Но ты ей не особо следуешь.
— Угу. За это получаю осуждение, — ответила Ива. — А ведь хочу не так и много.
— Я понял. Сейчас разберёмся с делами. Пойдёшь за меня замуж? — спросил он.
— Нет. Мне и так хорошо.
— Боишься?
— Да. Так я могу тебя послать. Пойти к шерифу, поднять скандал, но тебя помогут вычеркнуть из моей жизни. А в браке двадцать лет считай вне закона, потому что муж и жена как померились, так и поругались. С одной стороны — это правильно. Обидились друг на друга, поругались. Потом за ужином помирились, но это касается мелких ссор и недопонимания. А с другой, что делать когда тебя угрожают убить? Куда бежать?
— Ко мне беги. В обиду не дам.
— Сам обижу.
— Да что у тебя за мысли такие! Не собираюсь…
— Двадцать лет жизни. За это время чего только с людьми не происходит. Меняется характер, привычки. Жил мужик весёлый, душа компании. Пошёл на поле. Споткнулся. Сломал ногу. Два дня до дома полз. О многом думал. И вот стал серьёзный и хмурый. Теперь смотрит на эту жизнь и никому не верит. Жену попрекает, что она его не нашла, а ему пришлось выбираться одному.
— Когда любишь человека, то прощаешь ему эти изменения. Тараканов, — ответил Вито.
— Возможно. Но любви нет. Есть два человека, которые живут под одной крышей и делят одну постель, рожая для планеты потомство, которое обречено на такое же существование, как и они. В этом смысл?
— Смысл в том, что люди не просто так встречаются. Не просто так сходятся и не просто так проходят, через препятствия. Потому что это кому-то нужно. Если бы я не оказался бы на этой планете, то не встретил бы тебя. Если бы ты не была такой упрямой и категоричной, то не заинтересовала бы меня. Всё это неспроста.
— А я в этом не уверена, — хмыкнула Ива.
— В чем же ты уверена? — спросил её Вито.
— В том, что ничего из этого не выйдет, — ответила Ива.
— Но ты об этом думала, — усмехнулся он.
— Я о многом думаю. В том числе и о тебе. Надо же понять, что ты за человек. Пока ты для меня тёмная лошадка, правда наглая, но тёмная.
— А я вот о тебе много чего могу сказать.
— И чего же? — спросила Ива.
— Ты добрая, одинокая, упрямая, красивая, желанная женщина, которая забывает запирать двери в квартире. И поэтому я переживаю за твою безопасность.
— Пока ничего такого не случалось. Ты зря беспокоишься, — возразила Ива.
— За месяц на тебя пытались напасть два раза, а ты говоришь, что беспокоится не надо.
— Хочешь меня запугать?
— Нет. Я просто напоминаю, — он провёл пальцами по её руке, до того места, где начинался короткий рукав у рубашки.
— Прекрати.
— Мы с тобой одни среди поля. Такие мысли в голове возникают.
— А ты их подальше затолкай, — посоветовала Ива.
— Не боишься, что я решу их воплотить? — он посмотрел на неё. Его лицо было близко. В глазах отражались искорки костра. Лёгкая небритость уже коснулась щёк. Улыбка скользила по его губам.
— Не боюсь. Я верю в людей, — ответила Ива. Резко отвернулась.
— Наивная. Люди сами в себя порой не верят.
— А я верю в их лучшие стороны, — ответила Ива. — Иначе жить страшно становится.
— Поэтому и не подпускаешь к себе, чтоб не разочароваться?
— Как-то так, — согласилась Ива. — Давай спать.
— А уснёшь? Тебя же бессонница мучает.
— Так я тебя спать укладываю. Ты спи, а я на звёзды полюбуюсь, — ответила Ива.
— У меня есть идея получше, — сказал Вито. Он перестелил одеяло, сделав так, что получилось что-то вроде короткой кровати с валиком для головы. — Ложись рядом.
— С тобой?
— А что такого? Я тебе по-джентльменски предлагаю своё плечо, которое намного мягче чем камни и трава.
— Как-то нечестно будет. Ты же лежать собираешься на траве и камнях.
— Что поделать? За то тебе будет комфортнее, чем мне.
— Я за равноправие. Так что откажусь от сомнительного удобства твоего плеча. Рядом лягу, — сказала Ива.