Разумеется, среди офицеров Тарниги дураков нет. И, разумеется, не прошло и получаса, как раздался первый предупредительный залп из разряда «эй, хватит дурить»! Но Гальермо, видать, моча ударила в голову, или так не вовремя началось слабоумие (а ведь вроде ещё не очень старый), но он во всю глотку стал орал, чтоб держали прежний курс и не вздумали замедлять ход. И, конечно, его гвардейцы, такое же китовое дерьмо, по-прежнему не забывали наставлять на парней дула ружей.
Но у штурвала -то теперь стоял Рыжий! Самый лучший Рыжий, храни его Морской дьявол! И основные команды отдавал именно он. А эти спрутьи гвардейцы, во главе с «глубокоуважаемым» доном Гальерма, ни чешуи не смыслят в морском деле. Ну, хоть в чём-то повезло в этот раз.
Расстояние между кораблями постепенно сокращалось. Слава Единому, больше не стреляли, но зато на воду спустили первую шлюпку, где если верить глазам, уместилось не меньше сотни солдат и пара высших офицеров. Вторую шлюпку только готовились спустить, но и туда влезет не меньше.
Гвардейцы, с подачи своего главного ишака, начали стрелять по военным, а значит, отвлеклись от ребят, которые… Хитрый Док начал первым. Точным движением руки он провёл захват, обезоружил не ожидавшего нападения Гальермо, и выбросил револьвер в воду. Капитан не любил огнестрельное оружие, предпочитая верную сталь. Вот поэтому, мгновенье спустя, любимый кривой нож Дока уже нежно прикасался к горлу его нанимателя, теперь уж, пожалуй, бывшего. А ладонь зажимала норовящий завопить рот.
И это стало точкой отсчёта. Сначала Тебб, потом боцман Тук, а за ними и другие матросы, как по команде бросились к гвардейцам, стоящим у бортов. Завязался бой. Кто-то из жёлто-багряных выстрелил, успев зацепить штурмана, кто-то осел с перерезанным ловкой моряцкой рукой горлом, кто-то схватился в рукопашной.
Но численный перевес и внезапность окончательно решили дело. И когда первый тарнигский солдат вступил борт «Альбатроса», большая часть «нанимателей» была уже обездвижена: убитые, раненые или просто связанные крепкой верёвкой в своих нелепых багряно-жёлтых одеждах, гвардейцы Глашатая Сивиллы представляли собой по истине жалкое зрелище.
Молодой светловолосый офицер в тёмно-синем, почти чёрном кителе с высоким воротником и серебряными пуговицами уверенным шагом подошёл к склонившемуся в поклоне капитану шхуны, в то время как его солдаты взяли в плотное кольцо и команду и пассажиров «Альбатроса». Док отчаянно надеялся, что удастся оправдаться и объяснить военному инспектору причины неповиновения приказу о досмотре и вынужденной попытки оторваться от преследования.
***
Ргиро Веласке с улыбкой подставил загорелое лицо порывам холодного осеннего ветра. В этот раз сбежать из дворца удалось только чудом. И это чудо называется младшая сестра Критэ, единственная в королевских застенках, кому можно по-настоящему доверять.
Ему следовало бы родиться простым рыбаком, или просто жителем побережья, чтобы посвятить себя морю, устроившись на торговый или, чем Морской дьявол ни шутит, пиратский корабль простым матросом. Но ни в коем случае не сыном кронпринца и третьим в очереди на престол…
Чем же он так нагрешил в прошлых воплощениях, что был обречён в этой жизни страдать от скуки среди унылой роскоши, нелепых страстей и алкающих внимания придворных куриц? Или не существует никаких перерождений? Тогда ещё печальнее, ведь, значит, нет даже призрачной возможности повернуть всё по-своему, хотя бы в другой жизни. А свою настоящую жизнь он может предсказать в точности до последних минут. И дело не пророческом даре, которого у Ргиро сроду не водилось, а в предсказуемости и очевидности судьбы наследника престола Тарниги.
Сын короля Диурга, которому недолго осталось в буквальном смысле ползать по земле, ибо ходить он уже не может, слаб здоровьем, и лекари давно подтвердили, что он не годится даже на то, чтобы заделать детей. А если уж говорить о способности управлять страной, то с этим еще хуже. Но для подобных случаев существует Главный ликтор и Высший совет. Что же до семьи Веласке, то слишком многие хотят видеть её представителя на троне… Его отец, принц Гилорг, сводный брат короля и без пяти минут официальный наследник, ещё не потерял своей медвежьей хватки, но приступы удушья, казавшиеся ему в молодости досадной мелочью, с возрастом превратились в изматывающую тело пытку. И как ни крути, пройдёт несколько лет, и маячащий перед глазами Ргиро призрак трона обретёт вполне реальные очертания. И отказаться будет нельзя: долг, честь и совесть, – вот повезло, так повезло – впитались в кровь и естество всех потомков Варлога Отважного, основателя рода Веласке.