– Тогда, – ей не удалось скрыть внезапную радость, на миг озарившую её лицо, – держите ключ, он от старого выхода на первом этаже, рядом с кухней. Им раньше пользовались слуги, а сейчас там почти никто не ходит. Думаю, вы легко его отыщите. Я буду ждать вас на заднем дворе у конюшни, возле большого ясеня. Не подумайте дурного, просто, чтобы избежать лишних вопросов по поводу внешнего вида и…прочего, будет лучше, если отец не узнает подробностей вашей прогулки. – Девушка сильно волновалась и протараторила явно заранее отрепетированную речь на одном дыхании. Её пальцы слегка дрожали, когда она протягивала означенный ключ Круппи, а глаза пристально и внимательно рассматривали стоящего перед ней мужчину.
Советник не дал волю чувствам и даже не одернул руку, когда на его ладонь лег обжигающе холодный металл. Всё же он жил не первую сотню лет, и привык к любым неожиданностям. Круппи быстро положил ключ в карман куртки, и чарующе улыбнулся, хотя ему хотелось выть: пульсирующая боль от ожога была чудовищной, и кисть отказывалась слушаться.
– Нашей прогулки, – справедливости ради уточнил он. – Но не волнуйтесь, я умею хранить секреты. Дайте мне пятнадцать минут, и я буду всецело в вашем распоряжении, – мужчина галантно поклонился, и заметил пробежавшую по лицу Галии тень разочарования.
Она с задумчивым видом едва заметно кивнула и тут же, развернувшись, быстрым шагом направилась в сторону лестницы.
Круппи поспешно захлопнул дверь и зашипел. Сучья девка со своим забодранным ключом! И кто только её надоумил и ключ этот подсунул? Неужто сам батюшка? Ставки возрастают, но так даже интереснее, он игрок бывалый, посмотрим, кто кого! Его на такой мелочи не взять: у советника в запасе всегда имелась одно чудное снадобье с соком сребролиста, как раз для подобных случаев. Он порылся в походном мешке и извлек маленькую баночку, приятно пахнущую травами, лесом и летним полднем. Нанес на ожог тонкий слой мази, и через мгновенье сожжённая до мяса рана начала потихоньку затягиваться, а спустя пару минут от неё не осталось даже следа.
Ну, а теперь осталось проверить, насколько были чисты и невинны намерения Галии. Или её предложение о совместном изучении городских достопримечательностей являлось обычным блефом, затеянном исключительно ради проверки с ключом? Но будет ли тогда кто-то ждать его у ясеня? И если да, то кто?
Глава 6. 14 день месяца Грудня. Вечное мор
Рыжий отпер дверь в трюм, и Ргиро начал уверенно спускаться по узкой лестнице в вонючую темноту, подсвечивая себе фонарем. Сзади скулил Диего, твердивший как заводной одно и то же: «Ваша милость, там ничего ценного, ничего запрещенного…». Так бы и врезал по этой заискивающей улыбке и бегающим глазкам, полным страха и паники. Точно также лебезил перед отцом лекарь Фармозо, уверявший, что ее милость Таисия вот-вот пойдёт на поправку и даже снова сможет танцевать. И это после двойной дозы отвара лисьего корня, которым он отравил мать, а после трусливо сбежал. Негодяя поймали и повесили, но крон – принц Тарниги стал вдовцом: противоядия от подобной гадости до сих пор не нашли.
Диего было дернулся спустится следом, но окружившие его тарнигские солдаты загородили проход, и он мог лишь вытягивать свою тонкую, похожей на гусиную, шею и выглядывать из-за их спин. Что же такого тот хотел там разглядеть?
Сначала Ргиро увидел на полу нечто темное и бесформенное. Он присел на корточки и понял, что это –– отчаянно смердевшая шкура, когда-то украшавшая могучего бера, а на ней… Лейтенант зло выругался, поминая и Пламенные чертоги, и морского дьявола с его мамашей, и злополучного дона Гальермо. Худое, грязное тело, в синяках и кровоподтеках. Он поднес фонарь поближе и осветил неподвижную фигуру: перед ним лежала девушка, молодая и истощенная, со спутанными волосами, которые местами были выдраны вместе с кожей, и разбитыми в кровь губами. Ноги и руки несчастной сковывали кандалы и тяжелые цепи.
Живая? Теперь ясно, почему так переживал и кудахтал Диего: рабство в славном королевстве Тарнига уже сто лет под запретом, и там одинаково не любят и торговцев живым товаром, и тех, кто пользуется их услугами. Первых ссылают на работы в каменоломни, вторых штрафуют и накладывают на них пожизненный запрет на пребывание на территории Тарниги.
Ну и скотина! Вместо того, чтобы сразу всё рассказать и покаяться, вилял хвостом как последняя шавка! И на что только надеялся?
Он нашёл жилку на шее – пульс едва теплился, а, значит, если Ткущая будет добра и справедлива в этот раз, девушка непременно выживет, и, может быть, однажды забудет случившийся с ней кошмар.