«Животное спросило красавицу, желает ли она с ним спать. Она издала вопль и закричала.
— О, небо, я пропала!
— Совсем нет, — спокойно возразило чудовище. — Всё же ответь мне без страха, скажи чётко, да или нет.
Дрожа, красавица возразила.
— Нет, зверь».
— Что вы здесь ищете?
Томас обернулся и натолкнулся на стол. Лекарство в чашке расплескалось, книга со сказками упала на пол. Мадам де Морангьез заполнила собой дверной проём как ангел мести.
— Простите, я… думал, что комната тоже принадлежит к библиотеке.
— Вы ошиблись! — ответила графиня с резким порицанием. — В эту часть башни вы попали случайно. Вам это говорили?
Томас старался сохранить самообладание. Только сейчас он заметил, что инстинктивно спрятал вторую книгу за спиной.
— Нет, к сожалению, нет, мадам. Извините. В будущем я стану чётко придерживаться запрета.
— Хочу надеяться! Это ваша книга на полу? Покажите её мне!
Сопротивляться было бесполезно. Томас опустился на колени и поднял сборник сказок, но ещё твёрже ухватил за спиной книгу об американке. Дама выхватила книжку из его рук и обвиняющее держала её перед носом юноши.
— По-вашему это нужно было тащить в мой дом?
Томасу стало жарко от воспоминания того, что ему приказывала повариха. «Никаких историй о волшебницах и ведьмах». Если он сейчас скажет, кому действительно принадлежит книга, то у мадемуазель д’Апхер будут проблемы.
— Я нашёл это случайно. Позади других книг. Кто знает, как долго она там уже стояла. И я как раз хотел поискать для неё другое место, по возможности подальше от «Жития святых», где она действительно не потеряется.
«Как это называется в Версале? Три раза «Отче наш» за ложь и водка за лицемерие».
— Для такой халтуры в моей библиотеке нет места, — с отвращением возразила мадам де Морангьез. — Вы только заманиваете в сердце дьявола и создаёте новые грехи. И ещё хуже: вы подвергаете восприимчивые души безумию, — она так яростно и судорожно вцепилась в сборник сказок обеими руками, как будто должна была помешать тому, чтобы слова оторвались со страниц, улетели и заползли ночью в уши христианам как паразиты. — Теперь уходите! — прикрикнула она на Томаса.
— Слушаюсь, мадам.
Это был эквилибристический трюк: кланяться и пятиться так, чтобы была возможность пронести мимо книгу об американке. Дама достала ключ и закрыла последнюю дверь между ним и мадемуазель д’Апхер.
***
К этой ночи он подготовился заранее. На ночном столике громоздилась стопка запасных свечей. Это было трудно, постоянно не прислушиваться к ночным шагам в коридоре. Томас заставил себя снова сконцентрироваться на своих заметках, которые лежали разбросанными на топчане.
Его бестия выглядела намного реалистичнее, чем на крикливых портретах в газете. Она была больше чем волк, с широкой грудью и косматой шерстью и, кроме того, с широким черепом. Лапы были покрыты густой шерстью, когти длинные и порядком смещённые, уши острые и прямые, и хвост действительно как кошачий. «Насколько много экземпляров этого вида с собачьими повадками живут в лесах? И откуда они приходят?»
Его взгляд упал на планы, которые он как раз скопировал. По два охотника в следующие дни в каждом стратегически важном пункте использовали район между тремя горами; в общей сложности Томас выделил семь засад. Он обвёл последние три:
«Господа Думоулин и Делион: квартира в Пулак-эн-Маржерид»
«Боннет и Лакост: квартируют в Ноцайроллес»
«Пелиссир, Лахенай и Томас Ауврай: квартира в Ла-Бессер-Сен-Мари, в гостинице «Белая Корова»
Вероятно, мадам Хастель не будет в восторге от того, что под её крышей будет сразу трое мужчин.
Он не погасил свечу, когда вытянулся на топчане и попытался спать. Сегодня ему также долго не удавалось заснуть.
Это было как погружение в водоворот из спутанных картин. Искажённые от злобы черты Пьера появлялись и становились лицом Армана. И неожиданно он сам был на месте Бастьена, беззащитный и находящийся во власти старшего брата. Он не знал, был ли это гнев Бастьена, который юноша чувствовал, или всё-таки его собственный. Гнев, который как он думал уже много лет, был глубоко закопан в его сердце. «Я знаю это, Томас!» — шептал Арман, полный ненависти. — «И никогда не забываю!»