— Вы встретили зверя, я прав? Он вас ранил?
Изабелла д’Апхер быстро развернулась к нему. Он мог видеть, что она побледнела.
В этот момент Томас получил новый урок — эта девушка действительно не имела совершенно ничего общего с версальскими женщинами. Не носила маску и была для него тем же самым, что аборигенка колоний. И он понял ещё кое-что: маска была совершенно чем-то иным, чем тайна.
— Мне очень жаль! Я не хотел напугать вас, я …
Девушка покачала головой, и в этот раз он понял, и замолчал. Загадка теплилась в её глазах, и сердце билось так долго, как будто они снова были близко друг к другу, только лишь разделённые темнотой.
— Почему я должна говорить об этом именно с вами? — спросила она беззвучно.
«Потому что я сделал бы все, чтобы прогнать ваш страх, Изабелла!»
Он откашлялся, чтобы его голос не был таким грубым.
— Потому что я хочу сделать всё, чтобы обезопасить всех от чудовище. И даю вам слово, что стану молчать обо всём, что вы мне сообщите.
— Это утверждает новый друг моего брата, — с горечью возразила она.
— Я друг вашего брата не более чем вы. Вы можете мне доверять!
— Я не могу никому доверять! — бросила она ему. Девушка резко развернулась к лошади и провела рукой по её светлой гриве. «Как будто она ищет опору», — подумал Томас. У него перехватило горло от того, что он увидел вспышку ее ранимости.
— Пожалуйста, верьте мне, — сказал он мягко. — Я вижу, что вас напугало что-то ужасное. Вы… изобразили кое-что в вашей книге. Вы встретили это существо, когда упали с лошади? Оно вас преследовало? И что вы вообще делали там снаружи перед замком?
— Танцевала голой вокруг камней матрон в лунном свете, что же ещё? Разве вам не сказали, что я помешанная?
И хотя она снова обращалась к нему, это было, как будто девушка второй раз захлопнула между ними дверь. Однако теперь от него было не так просто отделаться.
— У бестии есть имя, — сказал он. — Вы написали это под рисунком. Вы узнали этот вид животного? Я сделал рисунок, мы могли бы вместе рассмотреть его, и вы бы мне сказали…
Она тихо рассмеялась.
— Вид животных. Конечно, учёный ищет логическое объяснение. Но с этим вы здесь недалеко уйдёте, — к его удивлению, она снова вытащила пистолет, схватила его за ствол и подала ему рукояткой вперёд. — Что? Боитесь оружия, Томас?
Хотя её интонация и была такой вызывающей, но его имя из уст девушки ощущалось как прикосновение. И тогда он посмотрел сам на себя так, как действительно брал оружие, просто потому что этот предмет был чем-то, что приближало его к ней и создавало связь. Тем временем, девушка вытащила сумку с боеприпасами и мешочек с порохом из-под своего пальто.
— Вот, возьмите это в деревню. В плане расквартировки стоит, что вы будете жить с двумя охотниками в «Белой Корове». Не потеряйте пули, они ценные — вылитые из расплавленных медальонов Святой Марии. И наш аббе благословил их.
— Вы… верите, что животное можно убить только освященным оружием?
Изабелла глубоко вздохнула.
— Это не животное!
Даже лошадь чувствовала её страх и нервно била копытом.
— Но что тогда это должно быть?
Она сглотнула и пристально смотрела вдаль, которая принадлежала только ей. У взгляда Изабеллы было что-то обречённое, как будто она попала в плен своих сновидений.
— Я этого не знаю, — тихо сказала она и так мучительно, что это резануло ему сердце. — Я не могу вспомнить, но знаю, что животное не разговаривает.
— Бестия… говорила с вами?
Он не знал, из какого места она заставила себя вернуться.
— Вы тоже мне не верите.
— Все свидетели определенно говорили о животном. И, конечно, никто не слышал, как оно говорит.
— Конечно, нет, — разочарованно прозвучал её ответ. — И это тоже неважно. Послушайте, хорошо присматривайте за моей лошадью. Никогда не ездите верхом по лесу, выбирайте дорогу в полях, это надежнее. И давайте пистолет только Мари Хастель или её матери, Терезе.
— То, что вы с Хастель…
— Я не должна вам никаких объяснений!
Это было как пощёчина. На несколько минут он действительно полностью забыл, что перед ним стояла аристократка, которая весьма осознавала своё положение. Но у него тоже была гордость.
— Строго говоря, я не выпрашиваю у вас одолжение. Кроме того: если вы итак уж мне не доверяете, как вы пришли к выводу, что я повезу оружие к Хастель?
— Вы едете туда. На моей лошади, если вы это забыли.
— И что вы хотите сделать? Заставить меня быть мальчиком на побегушках?