– Я так боялась, что ты опоздаешь!
– Разве я мог допустить подобное? – хрипло отозвался де Врисс. Смочив горло слюной, добавил: – Кто бы тогда повел мою крошку к алтарю?
Арлина улыбнулась.
– Мы бы тебя дождались! Даже если бы для этого пришлось ждать несколько дней.
– Я не мог подвести тебя, дочка, – сказал Алистер и поцеловал девушку в щеку. – Тебе уже говорили, что ты невозможно прекрасна?
Арлина провела руками по платью.
– Ткань немного жесткая. Я так и не привыкла, хоть примеряла это платье не раз.
– Да и от волнения все чувства обостряются... Гляди, какой румянец на щеках! Не переживай. Все пройдет отлично. Уж насчет этой свадьбы я уверен.
Внезапно Арлина помрачнела.
– А вот я уже начинаю сомневаться в отношении того, что все пройдет по маслу.
– В чем дело?
Девушка развернулась, взяла со столика поломанный гребень и с виноватым видом протянула отцу.
– Вот. Сломался. Мне нечем закрепить фату в волосах.
В ответ Алистер засиял от радости.
Подобная метаморфоза показалась Арлине странной, и она с сомнением и вопросом во взгляде посмотрела на отца. Не обезумел ли от волнений?
Разгадка не заставила себя долго ждать: расстегнув две верхние пуговицы камзола и нырнув пальцами во внутренний карман, де Врисс вытащил небольшой сверток, который и предъявил дочери.
– Прости, что в таком виде, – смущенно выдавил Алистер. – Не успел подобрать достойный футляр. Все шкатулки были либо слишком маленькие, либо чересчур большие. Такие огромные, что, болтайся эта штука внутри, точно что-то да отвалилось бы. Так что передать в тряпице было надежнее всего. Разверни.
Арлина так и сделала. И тут же ахнула от восторга. На ее ладони, на мягкой ткани лежал костяной гребень. Целый. Почти такой же, какой недавно был разбит, но только украшен он был не фиалками, а россыпью незабудок: крохотных, нежных и с золотистым глазком посередине.
Дрожащими руками Арлина вынула гребень и полюбовалась им в свете солнца. Стоявшая рядом служанка всплеснула руками:
– Вот действительно необходимая вещь! А то что ни подарок, то соусник.
Арлина перевела взгляд на отца.
– Ты как будто знал...
Де Врисс густо покраснел лицом. А про себя подумал, что как же повезло ему вот так невзначай свернуть с шумных улиц Тир-Арбенина на никому неизвестный Невидимый переулок и в безлюдной харчевне наткнуться на Дарака Кома, которому, в свою очередь, была знакома лавка той старухи, что и подсобила с подарком, который не только пришелся к душе, но и к месту.
Арлина протянула гребень служанке и кивком указала на фату.
– Помоги.
Помощница приняла из рук хозяйки элегантное украшение. Приложила к прическе госпожи и промурлыкала:
– Само совершенство!
– Я, пожалуй, подожду тебя в холле, – сказала дочери Алистер. – Вам ведь не нужна моя помощь?
Арлина помотала головой, а служанка уже покрывала голову госпожи воздушной вуалью.
– Тогда поспешите, девочки, – произнес де Врисс. – Церемония вот-вот начнется.
Выйдя за порог и прикрыв за собой дверь, он перевел дыханье и осмотрелся. Все вокруг купалось в праздничной суете и волнении, в кружевах, блестках, игристом вине и соблазнительных пирожных. Алистер был доволен: свадьба его единственной дочери и правда обещала стать самым ярким и обсуждаемым событием в этом году. Впрочем, как и в году прошлом...
В свадебном платье и невесомой вуали Арлина была прекрасна. До заветного момента, от мысли о котором щемило сердце, оставалось немного: лишь пройти вместе с отцом по украшенной цветами дорожке, встать рядом с тем, от чьего голоса даже спустя много месяцев по телу бегут мурашки, сказать заветное «да» и официально стать леди Тайернак... или просто самой счастливой женщиной на свете.
Арлина улыбнулась своему отражению в зеркале и поправила фату. Легкое полотно всколыхнулось, и на миг показалось, что нежные незабудки на гребне ожили и задышали. Их лепестки едва заметно колыхались, а желтые глазки выдохнули мерцающей пыльцой. Все это длилось лишь мгновенье, и Арлина даже похлопала себя руками по щекам, чтобы убедиться, не спит ли она.
Она действительно не спала, да и незабудки на гребне больше не шевелись, и никакого мерцания вокруг не было, зато в груди появилось странное тревожное чувство, как будто случилось что-то неладное. Списав все на недосып и переживания, Арлина глубоко вдохнула и выдохнула. А затем громко чихнула! И подумала, что хорошо бы просить прислугу тщательнее прибирать в комнатах. В этой, к примеру, было очень много пыли.