А ведь это могло бы быть интересным решением позволяющим качать кого-то без риска для него прямо на базе или делать дополнительные запасы опыта. Возможно, эта сила вообще станет новой валютой. Поэтому я решил не отчаиваться, а подумать над решением проблемы самостоятельно и даже посоветоваться с окружающими. Быть может, все же получится каким-то образом забирать карты с жизненной силой, а нет, так может, найдется или придумается какой-то накопитель. Нам подойдет даже возможность передавать свободный опыт от одного индивида к другому. Все равно как. Главное чтобы при передаче ее участники не пострадали.
Прикинуть направление, откуда могли прийти монстры, по трупам не вышло, и в итоге едва не заблудившись, мы вернулись в клуб. Туда как-раз привезли ожидаемую партию эвакуированных. Я стал с ними общаться и выяснил, что большинство тоже ввело оружие в Жатву для ментов. Если быть точным, то так сделали все, кроме одного пожилого, но крепкого мужика. Этого товарища звали Федор Фет и он еще до того как попал в Кремль, превратил в карту плотницкий топор. Правда, сейчас оружие было не узнать. Фет успел еще и карту абгрейда найти, после чего улучшил топор как я свою вертикалку. Получилось хищного вида боевое оружие на достаточно длинной рукояти и с довольно широким лезвием. Он даже имя ему поэтичное придумал — Секира последнего восхода. Услышав его, я немного задумался над именем для своего бокфлинта, хотя до этого момента заморачиваться на эту тему вообще не собирался. Так-то и без имени все хорошо работало.
Когда закончили с вновь прибывшими людьми, стали собираться на поле, где видели червей похожих на грабоидов. Я решил взять с собой вместо еще не пришедшего в норму Степановича Ильяса, предложил ему это и наш татарчонок оказался не против развеяться. Заметив появившийся из карты джип, когда-то принадлежавший мэру Голинска и наши сборы, к машине подошёл владелец введенного в Жатву топора Федор Фет.
— Чего-то хотел? — спросил я, заметив, как он с интересом наблюдает за нами.
— С вами хотел, — признался он.
— Ты ведь даже не знаешь куда мы, — усмехнулся я.
— Ну так, как приедем, то узнаю, — пожал плечами он.
— И не хочешь на новом месте обжиться? — я мотнул головой в сторону клуба.
— Так чего мне обживаться? У меня же нет ни черта? Какой угол покажут, в том и брошу кости, — владелец Секиры последнего рассвета развел руками, а я скопировал этот жест.
— Ну, тогда иди к Сергею, он тут главный, ты его видел, и скажи ему, что ты хочешь с нами, а я на это согласен. Если у него возражений не будет, то сразу поедем. Только в любом случае вернись и скажи, что он решил, чтобы мы тебя в случае отказа зря не ждали, — сказал, что делать мужчине и тот молча стремительной походкой, пошел к входу в Хищник.
Мы же переглянулись с Ольгой. Он нам нужен? — без слов спрашивал ее взгляд. Может и пригодится, — отвечали мои глаза. Бывает и такое, что мы понимаем друг друга без болтовни. Когда хватает жеста. Когда взгляда. Бывает и просто поза близкого человека говорит о многом. И для этого не обязательно быть психологом или физиономистом. Достаточно прожить бок о бок несколько лет и иметь желание понимать близкого человека.
Федор вернулся через несколько минут. Почти бегом прибежал и запрыгнул на заднее сидение к Ильясу. Мы-то уже все сидели в машине и ждали его одного.
— Ну, что? — спросил я, не особо сомневаясь в положительном исходе.
— Разрешил, — мужчина откинулся на спинку заднего сидения джипа, и мы тронулись в дорогу.
Ильяс и Федор, несмотря на разницу в возрасте с одинаковым любопытством наблюдали через окна за округой до самой Жмеринки и в ней. Ничего удивительно, ведь оба добирались до клуба в закрытом транспорте и больно-то свой путь рассмотреть не могли. Они, конечно, его знали, по крайней мере, до поворота на Хищник, но после прихода Жатвы очень многое изменилось. Кругом поеденные и полуразложившиеся трупы монстров или людей. Следы автомобильных аварий и всяческие, по счастью не слишком обильные, разрушения.
Уже на выезде из села я дал знак Ольге остановиться и все на меня уставились в ожидании. Я же не спешил озвучивать то, что хотел, хотя секрета в этом особого не было. Вместо этого убедился, что от нас пока не отстал паровоз из нескольких монстров. Меньше десятка, но есть опасные. Парочка таких, с какими я бы в рукопашную связываться не стал. Один шаблонный оборотень только здоровенный, а второй какой-то мутант, получившийся из животного. Возможно, оно уродилось из свиньи, но теперь это существо более напоминало небольшого, если сравнивать с настоящим, носорога, отрастившего себе волчью пасть.