— Что же сразу инопланетяне? Нашим учёным вы отказываете в возможности создать какую-то подобную гадость? Мне кажется уж что-что, но мерзость они создать вполне способны, — сочла нужным высказать свое мнение моя дорогая супруга.
— Не стану спорить с тем, что гадостей наши ученые наделали не мало, но предпосылок к созданию чего-то подобному не было. Такое у нас, разве что в играх, фильмах или книгах встретить можно. Эти элементы интерфейса, форменная нейросеть. А умения? Я заметил у вас зелёные точки. Сдаётся мне, вы не сами их нарисовали. Это же умение? — мужчина с эспаньолкой и в очках совсем забыл об ужине.
— Всё верно. Я могу становиться невидимой, — в голосе любимой слышались нотки самодовольства.
— Ну, вот и посмотрите сами. Вас изменили нанороботы. Вы можете становиться невидимой. Неужели вы думаете, что наша наука способна сделать человека невидимой без значимых технических средств? — продолжал отстаивать свою теорию пожилой умник.
— К тому же в первом сообщении Жатвы звучало что-то о том, что на Землю занесено зерно Кровавой жатвы. Мне кажется, что это определенно подразумевает, что зерно попало к нам откуда-то извне, то есть имеет внеземное происхождение, — напомнил всем Сергей.
— Я про это уже как-то и забыла, — призналась Ольга и посмотрела на доевшую и отставившую в сторону, служивший ей тарелкой, пластиковый контейнер для еды, Светлану. — Ты как? Наелась? — спросила у нее любимая.
— Вроде наелась, но аппетит как не в себя ем, — Петровцева оказалась сама удивлена обилию съеденного ей.
— Хороший аппетит признак выздоровления, — вставил свое слово Игорь Степанович, решивший все же доесть свою порцию и поэтому снова взявшийся за работу ложкой.
Хотел было пошутить про влияющих на аппетит глистов, но счёл, что это не ко времени и промолчал. Да и вообще разговор за столом как-то затух. За остаток ужина в общей сложности и пары фраз не сказали. После ужина моя половинка и Степанович повели Свету в соседнюю комнату. Отравление сошло на нет, но укусы и трещина в кости не позволяли ей передвигаться без посторонней помощи. Как минимум несколько дней она будет серьезно ограничена в передвижении.
Оля ещё и ужин для Елены прихватила. Она, конечно, могла поужинать, когда я ее сменю, но любимая решила, что нечего морить людей голодом лишний час и все согласились. Конечно, на посту есть не желательно — отвлекает, но часовому ещё много чего нежелательно, а у нас там и стул со столом, и зонт от солнца. В общем полное и безоговорочное нарушение устава гарнизонной и караульный службы.
За Ольгой с Петровцевой да Степановичем, вышел и Семен. Я остался сидеть за столом и спокойно смотрел на хозяина клуба. Тот какое-то время занимался тем же самым, то есть смотрел на меня в ответ.
— Чего хотел? — спросил Сергей, которому первому надоело это бесцельное времяпрепровождение.
— Серёга, мне нужен пистолет, — сходу взял быка за рога я.
— У тебя же есть минимум две пушки, и жена вооружена, — не стал сразу соглашаться на мою просьбу он.
— Завтра пистолет уж точно не помешает. А уж что я им пользоваться умею, ты точно знаешь, — привёл я вполне правильные аргументы.
— Не помешает, но ты же хочешь его не на время? — Серый усмехнулся.
— У меня есть возможность ввести его в Жатву и мне бы хотелось сделать это, а отдавать оружие Жатвы наоборот не хотелось бы, так что я действительно хотел бы получить пистолет навсегда, — я откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, заложив ладони в подмышки.
— Нужно бы стрясти с тебя что-то взамен, но пистолетов у меня несколько, а ввести их в Жатву некому. Пойдём, — принял решение Серёжа, поднявшись из-за стола, пошел на выход.
Разумеется, я не заставил себя ждать ни одной лишней минуты и тут же последовал за лидером маленькой человеческой группировки. Пошли мы в оружейную комнату клуба. Располагалась она в относительно небольшой комнате с почти метровыми железобетонными стенами. Вход в оружейку перекрывали толстая железная дверь, запирающаяся сразу на два замка и внутренняя дверь-решётка со своими запорами и окошком для выдачи оружия клиентам клуба. Внутри оружейки вдоль стен стояли большие оружейные шкафы, в одном из которых хранили все имевшиеся в клубе пистолеты. Сегодня Сергей впервые впустил меня внутрь и позволил взглянуть на содержимое этого шкафа.
— Выбирай любой, — по-барски махнул он рукой при этом.
Я не стал стесняться и выбрал ЧеЗет 75. Он же CZ — 75. Практически легендарный и бесспорно известный на весь мир чешский пистолет. Классическое, надежное, удобное, достаточно тяжёлое, но прекрасно сбалансированное оружие. Чёрный, без тюнинга, с потёртостями от частого использования. Этот был в варианте под патрон 9 на 19 парабеллум, но насколько я знал, существовали модели и под другие калибры. В комплекте два магазина под 16 патронов каждый. Из-за особенностей законодательства на магазинах стояли ограничитель емкости, но с умелыми руками убрать их не представляло проблемы. Я стрелял из этого оружия здесь в клубе несколько раз и скажу, что, пожалуй, лучшего ствола я себе и пожелать бы не мог. В моих глазах, конкурировать с CZ — 75, наверное, может разве что не менее легендарный Глок. Австриец легче, современнее и можно найти у него другие плюсы, но как по мне классика все же лучше. Даже вес в килограмм с небольшим и внушительные габариты меня ничуть не смущают. Тем более Глок тут имелся в единственном экземпляре и его забрал себе Серёга.