– В непосредственной близости от планеты это так. Но все прекрасно получается если вы отдаляетесь от планеты на некоторое расстояние. Видишь ли, в том то и состоит суть этого явления: там, где пространство свертывается на само себя, понятие расстояния теряет смысл.
– Так выходит, что пространство искривляется?
– Нет, нет! Посмотри, я просто сложил шарф, не растягивал и не мял его. То же самое и с пространством; разумеется, в другом добавочном измерении.
– Твое «разумеется» ко мне не относится.
– Математика здесь просто, но наглядно объяснить это довольно трудно. Пространство, наше пространство, можно сложить до размеров кофейной чашки, разумеется в четырех измерениях.
Элдрет вздохнула.
– Я не понимаю, как такая чашка сможет удержать в себе даже кофе, не говоря уже о всей галактике.
– Ну это не трудно. Ты можешь запихнуть этот легкий шарф в наперсток, тот же принцип. Но позволь я закончу. Считалось, что ничто не может двигаться со скоростью, превышающей скорость свете. Это было верно, и в то же время не верно...
– Как так?
– Одна из аномалий Хорста. Нельзя быстрее света, однако, это применимо только к нашему пространству. Если вы превысите скорость света, то сразу же выскочите из области пространства, обладающего этим свойством. Но если это произойдет там, где пространство сложено и конгруэнтно, то вы вновь окажетесь в нашем пространстве, но достаточно далеко от от первоначального места. Это удаление зависит от того, как сложено пространство и от массы тела, двигающегося в этом пространстве. Это нельзя объяснить словами, но поддается вычислениям.
– А если это происходит в случайно выбранном месте?
– Именно это и произошло с первопроходцами – они не вернулись. Поэтому-то профессия разведчика так опасна; их корабли проходят первыми через вновь открытые аномалии. За это они и получают сумасшедшие премиальные. Они ведут свои корабли в места, которые ты никогда не увидишь, со скоростью близкой к скорости света, причем им необходимо придать кораблю нужное ускорение в конкретной точке пространства. Малейшая ошибка – и тогда катастрофа. Со времени выхода из атмосферы мы достигли ускорения в двадцать четыре "g", хотя и не ощущаем этого, так как находимся в поле разрыва с искусственной силой тяжести – это еще одна аномалия. Мы подобрались к самому краю Стены Эйнштейна, скорости света, и скоро проскочим сквозь с нее как проскакивает семечко арбуза между пальцами. А выскочим мы рядом с Тета Кентавра за сорок восемь световых лет отсюда.
Ее передернуло.
– Ты хочешь сказать, если мы выскочим.
– Пожалуй, но это не опасней, чем летать на вертолете. Давай посмотрим на это с другой стороны: не будь аномалий, нам бы никогда не достичь звезд, слишком велики расстояния. Как говорил мой дядя, среди пустоты должны быть аномалии.
– Полагаю, что он был прав. – Элли вскочила на ноги. – Мне, пожалуй, пора идти, пока миссис Дюмон не переменила свое мнение. – Она передала мистера Чипса в руки Максу. – Иди, малыш, это парень что надо.
8
«Три способа двигаться вперед»