– Что ж, договорились. Сэм, что ты имел в виду, когда... я хочу сказать, предположим, я хотел жениться на Элли, но только предположим. Она ребенок, и я вовсе не собираюсь жениться. Так вот, кого-нибудь это сильно беспокоит?
Сэм был удивлен.
– А ты не знаешь?
– Стал бы я спрашивать?
– Ты не знаешь кто она?
– Ее зовут Элдрет Кобурн, она возвращается на Гесперу. Она колонистка. И что из этого?
– Бедняжка! Она не сказала, что она единственная дочь Его высокопревосходительства генерала сэра Джона Фитцджеральда Кобурна, имперского посла на Геспере?
– О Боже!
– Уяснил себе?
Макс был встревожен. Он сознавал, что должен обращаться с Элдрет только как с богатой пассажиркой. Но у него не было благоговейного страха перед богатством. Но одна мысль о том, что Элдрет пришла из неслыханно высоких сфер, а он, Максимилиан Джонс, может оказаться ловцом счастья, необычайно огорчала его.
Он решил покончить с этим. Он целиком отдался работе, так, чтобы с полной долей правды отказаться от игры в шахматы, сославшись на нехватку времени. Однако Элли пришла к нему на помощь.
Продолжая свою политику, Макс прямо спросил ее:
– Послушай, Элли, мне кажется, что тебе не следует продолжать эти шахматные сеансы. Пассажиры могут увидеть, пойдут слухи.
– Фу! Неужели у меня с тобой могут быть какие-нибудь неприятности? – Она закусила губу. – Ты говоришь точь-в-точь как мисс Мимси.
– Ты можешь навещать Чипси. Но лучше если с тобой будет кто-нибудь еще.
Она собралась было сказать что-то резкое в ответ, но затем передумала.
– Верно, это не самое удобное место. Теперь мы будем играть в кают-компании после того как ты управишься с работой.
Макс попробовал было сослаться на возможный запрет мистера Джордано, но она перебила его:
– Не беспокойся о нем. Я могу обернуть его вокруг мизинца.
Представив толстого мистера Джи в такой позе, Макс улыбнулся, но, чуть помедлив, он решился:
– Элли, члены экипажа не могут находиться в помещениях для пассажиров. Это..
– Только на словах. Я не раз видела как мистер Дюмон пьет там кофе с капитаном Блейном.
– Ты не поняла. Мистер Дюмон – почти офицер, и если капитан желает пригласить его в гости, то это его право.
– Ты будешь моим гостем.
– Нет, это невозможно. – Макс попытался объяснить правила поведения экипажа по отношению к пассажирам. – Если капитан застукает меня в помещении для пассажиров, я буду лететь кубарем до палубы "Н".
– Не верю.
– Но... – Он пожал плечами. – Я приду сегодня вечером. Конечно, он не вышвырнет меня, это будет ниже его достоинства. Через мистера Дюмона он прикажет мне убираться, а утром вызовет к себе. Не возражаю лишиться месячного заработка, если это прояснит тебе реальное положение вещей.
– Как это гнусно! Все люди равны. Все! Это закон.
– Неужели все? Нет, только наверху.
Элдрет вскочила на ноги и выбежала из помещения. Максу вновь пришлось успокаивать Мистера Чипса, но рядом не было никого, чтобы успокоить его самого.
Элдрет вернулась на следующий день в компании с миссис Мендоса, преданной хозяйкой собачки чау. Элдрет обращалась с Максом с видом леди «хорошо относящейся» к обслуживающему персоналу. И лишь единственный раз, когда миссис Мендоса отошла на несколько шагов, она позвала его.