Вообще, полукровки, особенно непризнанные, довольно часто становятся колдунами. Во-первых, потому что маги никогда не страдали предубеждениями относительно расы и происхождения и охотно принимают всех. По сути, чародеи уже почти стали отдельной нацией. Ставший магом оставляет свой народ и начинает превыше всего ставить интересы чародейского сообщества. А во-вторых, обычному смертному, чтобы получить возможность заниматься магией, требуется своего рода толчок. Что-то, что бы вывело его из внутреннего равновесия. Сильное потрясение, лёгкое душевное расстройство, несчастная (очень несчастная) любовь… что-то, порождающее дисбаланс, раскрывающее внутреннюю сущность для влияния извне. В душах потомков межрасовых связей такой дисбаланс присутствует изначально.
Каждая из четырёх, существующих на данный момент, рас воплощает определённую стихию.
Люди — это огонь. Яростное пламя, яркое и быстро гаснущее. Они живут меньше других, зато в полную силу, до конца отдаваясь достижению цели. Самые ужасающие зверства и самые великие подвиги всегда творились людьми.
Гномы — земля, скалы. Стабильность и надежность. Неторопливость, размеренность, нелюбовь к переменам. Самый приверженный традициям народ.
Ундины — вода. Хитрость, изворотливость, способность приспособиться к любым обстоятельствам, оставаясь в то же время собой. Самая миролюбивая раса, непревзойдённые дипломаты, торговцы и посредники. Среди прочих народов у них не без оснований сложилась репутация отъявленных лжецов и мошенников.
Эльфы — воздух. Лёгкость, мимолётность, неспособность к глубоким чувствам и долгой сосредоточенности. Они тщательно маскируют эти свои качества самоконтролем, но всё равно, особенно в юности, скорее играют, чем живут.
Полукровки — это сочетание двух стихий. Вечная борьба, изначальное внутреннее противоречие, смешение того, что смешиваться не должно. Дисбаланс заложен с самого рождения, и остается до конца жизни. Душа и тело, раздираемые двумя противоположными силами, неспособность стать кем-то цельным и настоящим… Возможно, именно поэтому у потомков смешанных пар никогда не бывает детей.
После обыска мы (помощь Лерды, правда, ограничилась моральной поддержкой) стащили трупы в хижину и подожгли её. Не то чтобы парой-тройкой мертвецов сейчас кого-то удивишь… Но не в моих это правилах — бросать тела без погребения. Пусть и врагов.
Мрак игриво куснул Звёздочку за холку. Шикаю на него — сейчас не до личной жизни!
— Ну а может ты заметила что-то? — продолжаю допытываться у понурой Лерды я, — Необычное, странное?
— Не… кхе… нет, — говорить ей ещё немного больно, несмотря на принятые меры, синяки на шее скрывает пропитанная целебной мазью повязка, — То есть… а что странное?
— Хороший вопрос! — меня, кажется, слегка занесло. — А, кстати, почему ты их приближения не почувствовала?
— Не знаю… задремала я.
— Ясно, — слабые амулеты против мага не действуют. Чутье ясновидящих, как выяснилось, тоже. — А когда ты Источником любовалась, никого знакомого или подозрительного не видела?
— Нет. Но там такая толпа была… да я и не присматривалась.
— Понятно, — с сожалением отказываюсь от безнадёжной затеи хоть что-то узнать, — От меня теперь ни на шаг не отходи. Не знаю, что им было нужно, но лучше не рисковать.
— Угу.
Мы помолчали.
— Мори, а давай тогда как-нибудь вместе Магический Источник посмотрим?
Она что, специально?!
— Нет.
— Ну Мо-ори! Это же такая красота!
— Я видел вещи гораздо красивее.
— Да?! И что же?
Источник, которого не касались маги. Но тебе этого знать совершенно необязательно.
Молчу.
Объективных причин для того, чтобы заезжать в этот город не было. Субъективные же касались только меня. Так что недоумевающая Лерда была вынуждена на ночь глядя тащиться за мной в храм Троих, не понимая ровным счётом ничего. Оставлять её в гостинице в свете последних событий показалось мне не слишком благоразумным.
Религиозного чувства как такового во мне не то чтобы совсем нет… просто оно у меня на редкость гибкое. Я не верю ни в одного из богов, но всегда исповедую религию той страны, на территории которой нахожусь. Ну, разве что Стервозную Богиню поминаю постоянно… и то это скорее ругательство.