– Ничего. У меня бывают приступы головокружения... напряжения...
Он шёл, уныло озираясь по сторонам. Его недолгая попытка совершить революцию завершилась. Мёртвых и раненых начали уносить, из ближайших домов начали выходить любопытные, чтобы узнать, что произошло. Всё было кончено... он потерпел неудачу. Стоит ли продолжать?
Они шли по улице, а за ними на безопасном расстоянии кралась тёмная фигура, перебегая от дерева к дереву, словно огромный чёрный паук.
Доктор качал головой, подавленный странным предчувствием. У него было такое чувство, будто его враги собираются вокруг него.
Макс-Йозефплатц была всего в нескольких кварталах, и жёлтый «Фиат» стоял, припаркованный на краю площади. Гитлер остановился на углу и внимательно посмотрел на Доктора.
– Я вам навеки благодарен за вашу помощь. Я хотел бы отплатить вам за это, но мне нечего предложить, – он горько рассмеялся. – Полчаса назад я надеялся править Германией, а теперь я разыскиваемый беглец. Мне повезёт, если меня не арестуют, а то и казнят... Я потерпел полное фиаско. Я покончу со своей жизнью, это единственный способ сохранить честь!
Он услышал, что девушка пробормотала что-то, похожее на «Хорошо!». Невысокий человек снова велел ей молчать. Он положил руку на здоровое плечо Гитлера и внимательно посмотрел в его глаза.
– Послушайте меня. Сегодня вы проиграли, но так будет не всегда.
Гитлер смотрел на него, не понимая:
– Что вы хотите сказать? Откуда вы знаете?
– Однажды вы будете править Германией. Не очень много лет, но этот день настанет. И тогда мы снова встретимся. Всё, чего я прошу – запомните меня!
В тихом голосе мужчины было что-то странно неотразимое, абсолютно убедительное, и Гитлер понимал, что этот человек каким-то образом знает правду. Ещё не всё потеряно. Однажды он добьётся верховной власти и поведёт Германию к славному будущему. Его судьба предопределена.
– Я никогда не забуду вас, Доктор, – прохрипел Гитлер. – Вы дали мне новую надежду. Если эти надежды исполнятся, вы получите любую награду, которая будет в моей власти, – он повернулся и пошёл к ожидавшей его машине.
Когда он к ней подошёл, дверь пассажирского места открылась. Задержавшись на мгновение, он вскинул правую руку, отдавая салют.
– До свидания, Доктор!
Он неуклюже сел в маленький автомобиль, дверь закрылась, «Фиат» загудел и поехал.
Позади себя Доктор услышал злой шёпот Эйс:
– Прощай, Адольф!
Инстинкт подсказал ему обернуться, и он увидел, что рука Эйс высунулась из кармана и замахнулась.
– Нет! – закричал Доктор, хватая её за руку.
Он не смог помешать ей бросить, но не дал попасть в цель. Стеклянная капсула с нитро-9а упала левее отъезжающей машины, проделав взрывом в дороге огромный кратер. «Фиат» поехал большими зигзагами, затем выровнял курс и умчался.
Крадущаяся за ними тёмная фигура спряталась.
Доктор отпустил вырывавшуюся Эйс.
– Ты что это себе вздумала?
– Ты сам слышал ту расистскую грязь, которую он орал. Мы видели, что он сделает с Англией, если его не остановить. Я думала, что мы меняем историю, Профессор!
Доктор схватил её за руку и повёл прочь.
– Лишь ровно настолько, насколько нам придётся. Изменение истории – операция деликатная, как операция на мозге. Её не начинают с ампутации головы пациента!
– Я её разнести хотела, – пробормотала Эйс.
Тёмный силуэт подошёл ближе. Спорившие мужчина и девушка его не замечали. Он с радостью отметил, что был прав – это был Доктор. Его внешность изменилась, но он узнал его голос, его манеру двигаться, саму душу этого повелителя времени, которого ненавидел столько лет. Его старый враг оказался в его руках. Доктор клюнул на наживку гораздо быстрее, чем он надеялся. Как жаль, что он умрет не зная кто его убил! Силуэт осторожно настроил энергетическое оружие...
– Ладно, предположим, что ты бы его убила, – нетерпеливо сказал Доктор. – Что было бы потом?
– Откуда мне знать? Что бы это ни было, было бы лучше.
– Откуда тебе знать?
– Ну, это логично...
– Разве? – яростно сказал Доктор. – В истории, в настоящей истории, Тысячелетний Рейх Гитлера существовал с 1933 по 1945 год. Двенадцать лет, и всё. И ему конец.
– И что?
– Главная причина этого – Гитлер был некомпетентным безумцем. Разнеси его в клочья, и его место может занять компетентный безумец. Кто-то, кто действительно сделает Тысячелетний Рейх тысячелетним.
– Ладно, Доктор, ты победил, – устало сказала Эйс.
Где-то рядом чей-то голос прошептал:
– Нет, Доктор, ты проиграл!