– Боюсь, это то, чего хочется публике.
– Какой публике?
– Моей публике, которая, боюсь, состоит преимущественно из рейхсфюрера Генриха Гиммлера и его весёлых братьев-эсэсовцев, – он снова засмеялся. – У Гиммлера неиссякаемый интерес ко всей этой расистской тарабарщине, а впрочем, и к любой другой тарабарщине. Спиритуализм, старые тевтонские народные мифы, гадание на маятнике, астрология... Предложите что угодно, и малыш Генрих заплатит вам состояние на исследования.
– Вы же не хотите мне сказать, что занимаетесь этим только ради денег?
Он хохотнул:
– Вы правы, моя дорогая, деньги полезны, но не они для меня главное.
– А что же?
– Ну, скажем, влияние.
– То есть, власть.
– Если вам угодно. Гиммлер – доверчивый дурак, но он самый влиятельный человек в Рейхе.
– Не считая Гитлера.
– Разумеется. Что возвращает нас к Доктору. Вы уверены, что не знаете, где он?
– Нет, не знаю, – Эйс начала медленно смещаться к двери. – Пожалуй, я схожу поищу его.
С паучьей скоростью Кригслитер перегородил ей путь.
– Нет, не стоит, дорогая. У меня есть идея получше.
– Да что вы?
– Просто оставайтесь с нами. И Доктор наверняка придёт и найдёт вас, рано или поздно.
Эйс покачала головой:
– Моя идея мне больше нравится.
– А мне нет, – мягко сказал Кригслитер.
Эйс прикинула расстояние до двери. Если она оттолкнёт Кригслитера в сторону, то останется прорваться мимо одного...
– Пожалуйста, пропустите меня, – вежливо сказала она. – Я ухожу.
Доктор Кригслитер поднял трость с серебряным набалдашником, и Эйс увидела, что её конец светится красным, словно это гигантская сигара. Он поднял трость и взмахнул ею. Один из деревянных стульев между ними развалился на две половинки, словно его распилила невидимая вертикальная пила.
– Довольно простой образец лазерных технологий, – сказал Кригслитер. – Если помните, вы уже имели с ним дело в Мюнхене. Для меня это было шестнадцать долгих лет назад, но для вас, наверное, гораздо меньше?
Эйс вспомнила энергетический луч, подпаливший ухо Доктора, и семенящую фигуру, спрятавшуюся за деревом.
– Пожалуйста, не двигайтесь, дорогая, – сказал доктор Кригслитер. – Мне бы очень хотелось сохранить вас в целости, во всяком случае, до прибытия Доктора. Я так долго ждал этого момента.
Эйс стояла, не шевелясь. Когда она заметила, что другой мужчина каким-то образом подошёл к ней сзади, было уже слишком поздно.
***
Не догадываясь о том, что часы его спокойствия подходят к концу, шофёр Доктора дремал в автомобиле. Лобовое стекло было опущено, он наслаждался солнечным теплом. Может быть, он так провёл несколько минут, может быть – несколько часов, он этого не знал, и не хотел знать. Извоз высокопоставленных лиц был неплохой работой, а Мартин Борман был приличным, хотя и суетливым начальником. Почти без интереса он заметил ещё один чёрный лимузин, почти как у него, который припарковался неподалёку. Из лимузина вышли двое мужчин и подошли к нему. На них были одинаковые чёрные кожаные пальто и чёрные шляпы, у них были одинаковые безразличные лица и холодные безразличные глаза.
Они посмотрели на шофёра Доктора.
– Имя и место работы?
Шофёр не спорил. Он понимал, кто они такие.
– Хорст Шульц, кабинет Мартина Бормана. Я только что привёз герра Бормана и ещё одного пассажира.
– Имя пассажира?
– Я его не расслышал.
Они посмотрели на него.
– Честно, он просто вышел из «Адлона» вместе с герром Борманом, – с внезапным вдохновением водитель добавил: – Герр Борман называл его герр Доктор, это всё, что я знаю, честно. Невысокий, тёмные волосы, ничего особенного.
Двое мужчин переглянулись. Первый кивнул, словно подтверждая что-то. Второй мужчина сказал:
– Это он?
Шульц высунул голову из окна и увидел спускавшегося по ступеням Доктора. Он молча кивнул. У него на глазах двое мужчин подошли к Доктору и стали по бокам от него. Он услышал голос Доктора:
– Что это значит? Я был в Канцелярии по личному требованию Фюрера. Затем у меня была конференция с самим рейхсмаршалом Герингом.
А малыш не из пугливых, – подумал шофёр, но на двоих мужчин его речь не произвела впечатление.
– Документы! – бесстрастно сказал первый.
Доктор порылся в карманах и вынул предоставленный Борманом пропуск.
Мужчина изучил его.
– Вы герр доктор Йоханн Шмидт?
– Отлично! Вы умеете читать. В таком случае, вы видите, что этот пропуск выдан Мартином Борманом, секретарём Фюрера?
Мужчина вернул ему пропуск.
– Садитесь в машину, герр Доктор, – сказал он скучающим тоном. – Вы поедете с нами.