— Понял, не дурак, — улыбнулся Бибирчиков. — Можете не волноваться, у меня тоже есть жена — злая и ревнивая. Она всегда начеку.
Словно в подтверждение его слов зазвонил мобильный телефон. Посмотрев на экран, Бибирчиков воскликнул:
— О! Это она. Я побежал в свой кабинет.
Он действительно почти побежал по коридору, но Настя, глядя ему вслед, даже не улыбнулась. Ей было о чем подумать. Осваиваясь в приемной, она постоянно прокручивала в голове тот свой разговор с Ликой Антоновой, вспоминая, что конкретно ей наговорила. Дом на берегу Рейна… Муж — всемирно известный композитор… Господи, да она рехнулась!
В отчаянии Настя принялась метаться по приемной. За этим занятием ее и застал Матвеев. Он явился счастливый, демонстративно потирая руки.
— Ну, вот, радость моя, мы все сделали. В конференц-зал можно запускать следующую партию подопытных кроликов. Погоди, что это с тобой?
— Ничего, — ответила Настя мрачно.
— Ты кому-нибудь другому рассказывай, — ответил Витька. — Но только не старому другу, который с тобой пуд соли съел.
— Если ты что и ел вместе со мной, то уж точно не соль, а что-то гораздо более калорийное, — ответила Настя и неожиданно для себя выпалила: — Витька, я влипла.
— Ну да?! — почему-то обрадовался Матвеев. — Изменила наконец-то своему Отто?
Настя мгновенно вспылила:
— Почему ты думаешь, что, если женщина влипла — это означает только одно?
— А как еще ты могла влипнуть? — Матвеев похлопал глазами, в которых читалась кристально чистая искренность.
— Когда я возвращалась из отпуска, в аэропорту встретила свою однокурсницу.
— И? — Матвеев настороженно пошевелил усами.
— И наврала ей с три короба. Будто мой муж — всемирно известный композитор Отто фон Швентке. У нас дом на берегу Рейна, мы богаты и безумно счастливы…
— Ну, не так уж много ты сочинила. Твоего мужа действительно зовут Отто фон Швентке.
— Но он всего лишь тезка композитора. И ты прекрасно знаешь, что у нас за брак.
— Я только не понял, — нахмурился Матвеев, — из-за чего ты так расстроилась? Наврала и наврала. Женщины постоянно врут. Хорошо воспитанные мужчины считают это довольно милым.
— Но мой новый босс не выносит лжи, — простонала Настя, ломая руки.
— Эй, полегче, — призвал ее к порядку Матвеев. — Как вообще твой новый босс может узнать, что, будучи в Праге, ты встретила свою однокурсницу и что-то там насочиняла?
— Он сидел рядом в том же самом аэропорту и все слышал. — Настя посмотрела на старого друга глазами больной собаки. — Я еще не знала, что это мой будущий босс, понимаешь? Он был просто незнакомцем. Я на него и внимания не обратила, — соврала она. — И что теперь прикажешь делать?
Матвеев озадаченно почесал нос.
— Ну… А зачем боссу лезть в твою личную жизнь, скажи на милость?
— Матвеев, ты младенец. Ты не знаешь людей, — воскликнула Настя. — Если твоя помощница замужем за всемирно известным композитором, ты никогда не сможешь выкинуть это из головы. Вот поставь себя на его место! Если бы твоя секретарша была замужем за какой-то важной персоной, ты бы делал вид, что не знаешь об этом? Вспомни о своей секретарше.
На лице Витьки мгновенно появилось глуповато-счастливое выражение.
— Боже мой, — раздраженно сказала Настя. — Возьми себя в руки. Ну? Ты бы смог забыть, кто у нее муж?
— Вряд ли, — вынужден был согласиться Матвеев. — Но я в душу ни к кому не лезу.
— Забыв о сочиненной легенде, можно легко проболтаться, и ты прекрасно это знаешь. И мне придется врать. И все время держать в уме то, что я там в аэропорту насочиняла. Понимаешь, что получается? Любая, даже самая маленькая врака — это только хвостик огромного клубка лжи. Ты соврал, и клубок начал разматываться!
— Что за слово такое — врака? — удивился Матвеев. — Настюха, мне кажется, ты преувеличиваешь.
— Ничего я не преувеличиваю. Допустим, соберусь я к подруге на дачу на выходные. Меня начальник спросит: «А муж с вами поедет?» Я скажу: «Конечно, а как же?» А он тогда: «А разве ваш муж сейчас не в Италии? Я в Интернете читал, что у него вечером концерт в Королевском оперном театре Пармы». Я, конечно, начну что-то сочинять, и мне даже удастся выкрутиться, но потом я попадусь еще раз, а потом еще… И тогда все вскроется, и меня с треском выгонят на улицу! Без выходного пособия.
— Погоди-погоди, — пробормотал смущенный ее бурей и натиском Матвеев. — Ты сколько здесь работаешь?
— Один день, — шмыгнула носом Настя.
— Ты только что вышла на новую работу и уже боишься, что тебя уволят. Что это за паника в женской гимназии? Я тебя просто не узнаю. И это говорит девчонка, которая спасла меня от целой банды хулиганов, вооруженных ножами и кастетами!