– У меня есть вопрос. Я не хочу спешить, ведь они только что появились на свет, и я понимаю, что меня, возможно, не выберут, как брата, – Мэйсон замолчал и бросил взгляд на Джексома, который поглаживал Фортину, вместе с ней разглядывая новорожденных, – но ведь Хлоя выбрала Зору очень рано, верно?
– Да, – кивнула Роза. – Я никогда не слышала, чтобы щенок выбирал спутника так рано. А ты, Уилкс?
Уилкс покачал головой.
– И я тоже.
– Моя Хлоя особенная, – вставила Зора.
– Я в этом не сомневаюсь, – сказал Мэйсон. – А когда щенки обычно начинают выбирать спутников?
– В любой момент после отлучения от груди, – сказала Роза.
– Но я ни разу не встречал щенка, который не нашел бы себе спутника до шести месяцев. Хотя нет. Я знаю одного щенка, который тянул до последнего, но только потому, что его спутница была не из Племени, – усмехнулся Ник, глядя на Мари.
– Мой Ригель тоже особенный, – поддразнила Мари Зору.
Кэмми гавкнул, и Дэвис поспешно сказал:
– Мой Кэммчик особенней всех!
Они рассмеялись, а маленький терьер завилял забинтованным обрубком хвоста.
– В честь наших особенных псов я предлагаю кому-нибудь пойти на охоту и добыть нам еды, которая не живет под водой, – сказала Зора. – Я приберегла остатки салишских пряностей для торжественного рагу – и я не хочу, чтобы оно было рыбным.
Стая зашевелилась. Несколько человек вызвалось на охоту – в том числе Роза, потому что Фала сейчас была единственным терьером, способным охотиться. Роза достала из лодки арбалет и колчан стрел и подозвала Фалу, когда Мари, чья лодка стояла рядом с лодкой Розы, заметила, что маленькая терьериха странно возбуждена. Опустившись на колени, она обратилась к своей спутнице, и на ее лице расцвела улыбка. Роза встала, сложила ладони рупором и закричала:
– Щенок делает выбор!
Мари охватило радостное волнение, и она быстро поймала взгляд Ника, который улыбался во весь рот. Он тоже приложил ладони к губам и радостно закричал:
– Щенок делает выбор!
Уилкс подхватил его крик, а за ним и Клаудия.
Мари огляделась по сторонам, пытаясь понять, какой из пухлых малышей-терьеров выбирает спутника, когда Дженна подскочила к Клаудии и Марии со свернутым конопляным одеялом в руках.
– Я подумала, что Марии понадобится ночью чистое одеяло и соткала еще одно, пока мы были на воде. Я постираю остальные и развешу их сушиться, чтобы… – Она замолчала, чуть не споткнувшись об одного из щенят Фалы. – Ой! Я тебя не заметила, малыш. Прости, я… – Она осеклась и застыла, не донеся руки до щенка, который сидел на задних лапах и смотрел на нее, жалобно поскуливая.
Одеяло упало на землю. Дженна опустилась на колени и взяла щенка на руки.
– О Хан! Мой чудесный мальчик! Конечно, хочу! Конечно, люблю! Ты настоящее чудо!
Фала задрала морду к небу и торжествующе завыла, и ее вой подхватили все собаки, даже братья и сестры Хана.
Ник взял Мари за руку, и они вместе подошли к Дженне. Она подняла на них глаза, полные счастливых слез.
– Его зовут Хан. Он – он меня выбрал!
– Дженна, принимаешь ли ты этого щенка? Клянешься ли любить его и заботиться о нем, пока вас не разлучит смерть? – торжественно спросил Ник.
– Да! Конечно!
– В таком случае, да благословит Солнце ваш с Ханом союз, – улыбнулся Ник.
– И пусть Великая Мать-Земля тоже благословит тебя и твоего спутника, – добавила Мари. Наклонившись, она обняла разом и Дженну, и Хана и шепнула ей на ухо: – Я так за тебя рада!
– О Мари! Я и не знала, что можно испытывать такие чувства! – Дженна вытерла слезы и уставилась на своего спутника.
– Дальше будет только лучше. – Мари взъерошила шерсть на голове Ригеля, и он лизнул сперва Хана, а потом Дженну.
– Хан выбрал! – закричал Ник; Лару завилял хвостом и залаял, и Стая взорвалась радостными криками.
Мари обняла Ника, и они вместе со спутниками отступили, чтобы остальные могли поздравить Дженну. Мари тоже утирала слезы, когда к ним подошла Зора.
– Теперь Дженна может забыть о ночной лихорадке, – сказала она. – Здорово, правда?