Роза улыбнулась и передала ей щенка.
– Им почти пять недель.
– Ого! Скоро они начнут выбирать! – воскликнула Дженна, нежно прижимая к себе щенка, который принялся вылизывать ей лицо.
– А вы не будете возражать, если щенки выберут Землеступов? – спросила Изабель.
Ник хохотнул, и его смешок подхватили остальные Псобратья.
– Наши предпочтения ничего не решают. Выбор щенок делает сам. В Племени давно знают, что его нельзя ни предсказать, ни устроить.
– Ни изменить, – добавил Уилкс. – Ну, не считая Фортины Джексома.
– Ты говорил, что такое случалось прежде, – сказал Джексом. – Что собака оставила спутника.
– Да, я часто общался с нашей Сказительницей, Ралиной. – Уилкс помолчал, и его лицо омрачилось. Встряхнувшись, он продолжил: – Мы о многом говорили, и как-то раз она рассказала об овчарке, которая покинула спутника после того, как он предал свою семью и племя.
– Та женщина била мою Фортину, – мрачно сказал Джексом.
– Я помню день, когда Фортина выбрала Маэву, – сказал Ник. – Мы с отцом это обсуждали. Маэва не хотела принимать ее выбор, потому что боль от потери первой спутницы была слишком велика. Отцу пришлось ее уговаривать. Возможно, в ее сердце так и не нашлось сил полюбить новую овчарку.
– Я видела, как Маэва ударила Фортину, – сказала Мари. – Хорошо, что она ушла.
– Теперь она со мной, и никто больше не посмеет ее обидеть, – сказал Джексом, обнимая молодую овчарку, и та прижалась к нему.
– Ты спас ее, а она за это спасла тебя, – сказала Зора. – Совсем как моя Хлоя.
– Это чудо, – негромко произнесла Дженна и снова поцеловала щенка, которого держала на руках.
– Да, это чудо, – согласилась Данита.
Мари улыбнулась Нику и громко, чтобы слышали все, воскликнула:
– Это чудо, рожденное из единства Племени и Клана!
– Это правда.
Стая повернулась к Голубке. Та стояла в оранжевом свечении костра, и ее длинные волосы колыхались в потоке теплого воздуха.
– Что ты об этом знаешь? – жестко спросил Ник.
– Я знаю, что своими словами нанесла обиду. Я прошу прощения. – Голубка слегка поклонилась Нику и потянулась к Лили, чтобы та ее увела.
Мари жестом попросила Лили подождать.
– Ты можешь говорить свободно, Голубка.
– Свободно и правдиво, – добавила Зора.
– Я поклялась, что буду говорить правду, и не нарушу своего слова. Мари, когда ты расспрашивала Джексома, я почувствовала внутри себя ответ, но исходил он не от меня. Он шел из земли у меня под ногами, из леса вокруг. Этот выбор был определен Великой Богиней. Не знаю, почему, но я верю в это всем сердцем.
– Разве ты не лгала, когда называла себя Оракулом хра… – начал Ник, но Голубка остановила его взмахом руки.
– Да. Я лгала. У меня не было выбора. Я должна была выжить. Теперь выбор у меня есть, и я выбираю жизнь без обмана. То, что произошло с Джексомом и Зорой, – дар Богини. Я знаю это. Вы можете мне не верить, но я ни разу не лгала вам – и не буду впредь.
– Голубка говорит правду! – раздался голос Дэвиса. – Я тоже это чувствую. Это чудо подарила нам Великая Мать-Земля вместе с солнцем. Они как наша Стая – единство, которое несет благо.
– Я хочу в это верить, – сказала Зора. – Подумайте сами! Возможно, настанет день, когда никто из нас не будет страдать от ночной лихорадки.
– А это значит, что страдать не будут и наши дети. – Ник обнял Мари за плечи. – Потому что у нас есть священный папоротник, в который мы будем их пеленать.
– И псы-спутники, которые будут их любить, – добавила Мари.
– Да!
– Да! – подхватила Стая.
– Но до тех пор ваши Жрицы будут вас омывать, – сказала Зора. – Ты готова, Мари?
– Готова. Изабель, Данита, я прошу вас присоединиться к нам, – сказала Мари. – Стая, приготовьтесь к омовению!
Пока люди расходились вокруг костра, Мари шепнула Нику:
– Кажется, нам понадобится гораздо больше щенков.
– О, об этом не беспокойся. Конечно, это займет время, но там, где есть псы обоих полов, обязательно будут и щенки, тем более что сейчас нам не нужно контролировать рождаемость. Так что щенки у нас будут – много щенков.
Мари и Зора встали у костра бок о бок. Данита стояла по левую руку от Мари, а Изабель – справа от Зоры. Стая сомкнула вокруг них круг.
Вместе Мари и Зора вскинули руки к ночному небу и подняли глаза к луне. Мари начала заклинание:
Я Жрица Лунная, о Мать-Земля!
Зора подхватила:
Перед тобой стою, к тебе взываю я.
О Мать-Земля, мне слух и зренье обостри,