После этих слов Грум злобно взглянул на врага. Он прекрасно понимал, что его противник прав – года не понадобится, всё произойдёт гораздо раньше. И, тем не менее, отказался:
– Лучше я погибну на стене, защищая её, чем соглашусь с вами, барон. Может, для кого другого фамильная честь и не имеет значения, но только не для меня.
Кого-нибудь другого ослиное упрямство Грума удивило бы. Ведь у него действительно не было ни единого шанса спастись, всё, что он мог – это оттянуть неизбежное. Конечно, настолько упёртые люди встречались. В конце концов, Драгр сам был таким. Однако конкретно в этом случае дело было не в упрямстве, и не в фамильной чести, что предписывала с гордо поднятой головой глупо погибнуть. Дело было в письмах, лежащих у Драгра в седельной сумке. В письмах, что так и не дошли до адресата.
– Если вы надеетесь на помощь Хорма, барон, то зря, – Драгр неторопливо вытащил оба письма, показал их Груму и принялся внимательно наблюдать за своим противником.
О, тот был хорош и мог бы играть в столичном театре: кривился, скрипел зубами, делал вид, что хватается за меч и всяческими способами показывал свою ярость. Был бы Драгр дураком, он бы даже поверил, что Грум искренне опечален поимкой посыльных.
– Ну так что, барон, может, поговорим без громких слов о фамильной чести? Обсудим всё, как деловые люди? Вы же видите, мы перехватили ваших посланников, Хорм не придёт на подмогу.
Именно просьба о помощи и содержалась в письме Грума: тот хотел, чтобы Хорм ударил в спину Драгра, когда тот будет занят осадой замка. Обещал, что в решающий момент со всеми своими воинами присоединится к Хорму, выйдя за стены. Сто, а то и побольше, воинов Хорма против восьмидесяти Драгра и около тридцати Грума, причём Драгру пришлось бы отбиваться с двух сторон. Хороший план, мог бы сработать. В случае успеха Грум отказывался от любых притязаний на земли Драгра, а также обещался выплачивать в течение десяти лет часть дохода со своих земель Хорму. И главное – готов был отдать всю добычу со своей шахты в течение трёх лет. Гарантом серьёзности выступал документ, скреплённый личной печатью Грума и его подписью. При всём желании не отвертишься.
В общем, Грум предложил отличную сделку Хорму.
– Поймали, значит? – поинтересовался Грум судьбой курьеров. – Пытали, наверное, секреты мои узнать хотел? Сколько людей, столько провизии. Так, барон?
– Именно так.
– Что ж, не зря про вас, столичников, слухи ходят, что понятие законов войны вам не знакомо. Позвольте откланяться барон, не желаю с вами больше разговаривать. Надеюсь, мы встретимся лично на стене.
Легко поклонившись, Грум со своим воином развернули коней, намереваясь отправиться в замок. Однако Драгр не дал им этого сделать:
– Подождите, барон. Кажется, я не показал вам кое-что ещё.
– Что ещё? – недовольный задержкой, спросил Грум.
Вместо ответа Ричард вытащил из сумки третье письмо и с ядовитой усмешкой бросил под ноги Груму:
– Не твоё случаем, барон «встретимся-на-стене»?
Вот теперь Грум не играл: на его лицо сменяли друг друга растерянность, недоумение, а затем и настоящая ярость.
– Ублюдки! – прорычал барон, когда понял, что его хитрость с третьим посыльным раскрыта.
– Ну-ну, барон, не надо громких слов, – ухмыльнулся Ричард. – Ты их и так сказал предостаточно.
Грум закрыл глаза и с минуту, не меньше, не открывал их, шевеля губами и о чём-то думая. Не трудно было догадаться, о чём – просчитывал варианты противостояния без помощи Хорма. Однако и сам он, и Драгр понимали, что вариантов нет. Ну, если только всерьёз не рассматривать гибель на стене.
– Ваши условия, барон, – открывая глаза, обратился к Драгру Грум. Казалось, он за минуту постарел лет на десять.
– Вассалитет, – озвучил давно обдуманный план тот. – Вам остаётся замок, земли в округе пяти миль и северо-восточные земли.
– Иными словами, вы забираете у меня почти всё.
– Оно уже и так не ваше, – напомнил Драгр. – Лишь номинально, но максимум через два месяца я перепишу их на себя по итогам войны.
– Что ещё?
– Ваш сын женится на моей дочери.
– Она на пять лет его старше, – отметил Грум. – А моему Тиму всего двенадцать.
– Подождём пару лет, – пожал плечами Драгр.