– Империя нам на тысячи лет уже задолжала, – возразила Марта. – Раньше каждый цикл кто-нибудь замуж выходил, а теперь сидим всё, высиживаем. Ждём, когда Трамл нападёт, наконец. Чего ждать, пока сил накопят? Понятно же, что нападёт. Надо было первыми ещё лет сорок назад атаковать! – мечница скривилась, отчего я даже немного удивился. Не часто эта всадница проявляла хоть какие-то эмоции.
Тут я с Мартой был согласен – нападёт, фанатиков не переделать. А судя по рассказам об основном противнике Этерии, фанатиков там хоть отбавляй, причём фанатиков деятельных и разумных, не впавших в религиозный маразм. Иначе не объяснить, каким образом Трамл в прошлую войну практически в одиночку победил целый конгломерат куда более свободных стран.
Хотя в данный момент Трамл мне вовсе не интересовал. Пусть хоть целый мир захватит и заставит всех поститься и молиться по пять раз на день. Интересовало меня колечко на безымянном пальце левой руки Хейли, которого не было в нашу прошлую встречу.
В Этерии, да и в других странах, насколько я знал, существовал ещё один красивый обычай: носить кольца в зависимости от твоего положения. На Земле обручальные кольца тоже носят, но единых правил давно уже нет. А вот в Этерии были и для мужчин и для женщин. Меня об этом подробно просветили замковые девчонки, так как я в упор не замечал их попытки вроде бы невзначай посветить у меня перед глазами кольцами. Догадавшись о моей дремучести, девушки как-то провели целую лекцию, подгадав под одну из историй и возмутившись отсутствию колец у одной из героинь, желавшей выйти замуж.
Кольцо на безымянном правом пальце говорило о «захомутованности» владельца или владелицы. Или о нежелании каких-либо отношений – вроде как «не приставай». Колечко на левый указательный палец надевали, когда хотели показать то самое желание отношений. На деле пользовались таким способом в основном женщины, ибо считалось, что мужчина без брачного кольца по умолчанию готов к отношениям из-за свойств своей «кобелиной натуры», как сказала мне однажды Танира.
Кольцо на безымянный палец левой руки одевали до свадьбы, обозначая сделанный выбор. Что-то вроде помолвки, но не так прямолинейно. В деревнях подобный обычай был мало востребован: жизнь тяжела, времени на красивые ухаживания нет, женились быстро. Чего хвалиться женихом, если в скором времени можно будет похвалиться целым мужем?
В столице, и особенно во дворце, традициям придавали куда больше значения. Да и ситуация была другой – аристократы иногда по нескольку лет ждали, прежде чем пойти под венец с одобренной родителями невестой или женихом. Чтобы на время, пока благородные рода согласуют приданое или пока девушка или юноша не войдут в брачный возраст на них никто не претендовал, и использовались кольца. Случаи, когда кольцо приходилось снимать из-за изменившихся обстоятельств были, но достаточно редко.
И вот такое вот кольцо было у Хейли. Значило это одно – она сделала выбор, а я ожидаемо оказался в пролёте, пусть даже свадьба между всадницей и виконтом состоится много позже, после теоретической победы над Трамлом. Я не успел, да и не мог успеть при всём желании. Рассчитывать на какую-нибудь простую ссору между Хейли и Декстером не приходилось вовсе – молодая всадница не изменит своего решения, ибо упёртая до невозможности. Если только Декстер сильно упадёт в её глазах, но вряд ли виконт доставит мне такую радость. Наоборот, письма вон какие пишет, собственноручно добытые драгоценности дарит.
Если боги в этом мире всё же существуют, то у них прекрасное чувство юмора. Дали мне увидеть Хейли, когда у меня не было ни шанса просто подойти ближе. Потом, когда я уже смирился – забросили к всадницам и сделали равным им, пусть и чисто формально. И вот, казалось бы – ничего не мешает, добивайся и завоёвывай, ни одного конкурентам поблизости. Однако сама девушка отказалась воспринимать меня всерьёз. А когда у меня стало хоть что-то получаться, да ещё удалось победить Хейли, выясняется, что всё было напрасно – у неё есть любимый.
Поаплодировал бы, да руки заняты мечом.
Я смотрел на Хейли и чувствовал уже знакомые мне ревность и злость. Только если в прошлый раз я испытывал злость исключительно в отношении виконта, то теперь точно такая же злость была и по отношению к самой девушке.
Ради Хейли мне пришлось врать Наррите. Я никому так и не рассказал про нападение, не хотел, чтобы девушка ходила с ещё одним шрамом. Просто по-человечески не хотел, а не из-за интереса к самой всаднице. Пришлось врать Мирре и Аннет, растоптав свою репутацию.
Потом неделю занимался, никому не жалуясь, без всякой наставницы. На третий день Мирра всё же не выдержала и пришла помочь. Тоже ведь оторвалась от своих дел, в то время как Хейли терзалась страшными моральными муками из-за моей победы.