Я слегка пожал плечами – ди Сил, так ди Сил, делов-то. Если всадница ждала от меня возмущения, то сильно ошиблась – как надо себя вести с аристократами я давно понял. Будем называть по фамилии, хоть Наррита и сказала, что теперь к ним можно обращаться по имени.
– Пошли, – тряхнув волосами, скомандовала девушка, когда убедилась, что я не собираюсь кричать и отстаивать данные мне права.
Мы спустились вниз и завернули в очередной коридор. Как оказалось, к башне примыкала жилая часть, которая служила основным местом размещения для всадниц. Внизу располагался большой зал-столовая с камином, какие-то подсобные помещения, библиотека, была даже оранжерея с цветами. В общем, сплошные радости жизни. Чуть повыше находились непосредственно комнаты всадниц. Ну как комнаты? Нехилых таких размеров апартаменты. У каждой была спальня, рабочий кабинет, гардеробная, тренировочная и, конечно, роскошная ванна. Правда, жилыми были только девять ближайших ко входу. Большая часть здания пустовала.
Кормили по расписанию, но в любой момент можно было прийти на кухню и заказать чего-нибудь отдельно. Интересно, что служанок допускали только в столовую – заходить куда-то ещё им было запрещено. Кухня вообще в отдельном помещении располагалась, к ней вёл длинный узкий коридор.
– Как же вы одеваетесь? – не смог сдержать я своё недоумение, когда услышал, что служанки всадницам не полагаются.
– Одеваемся? Обычно одеваемся, – с подозрением уставившись на меня, сказала Хейли. Кровь из пореза у неё перестала течь, но никаких попыток её оттереть, как и замотать рану, моя наставница не делала. В итоге вся рука и рукав костюма были красными. Выглядело это очень жутко. Я порывался несколько раз сказать про рану, но так и не решился – девушка же не слепая, видит всё. Если не предпринимает никаких действий, значит, на то есть причины.
– Ну, благородные дамы сами одеваться не умеют, – пояснил я. – Им для этого служанки нужны: тесёмки там подвязать, корсет затянуть, руки в рукава просунуть.
– Мы не благородные дамы! – вскричала девушка. Потом, поняв, что сморозила глупость, поправилась: – То есть благородные, но сами всё делать умеем. Нам служанки для одевания, как некоторым, не нужны, – в голосе Хейли отчётливо слышалось презрение к этим некоторым. – В походах никаких служанок не бывает.
В стороне от жилого здания располагались тренировочные полигоны. Один крытый, для занятий во время непогоды и один открытый с несколькими площадками для боёв и стрельбы. Всадницы тренировались каждый день. А ещё там было нечто вроде оружейной с учебным и боевым оружием, возле которого я надолго залип. Я и раньше видел холодное оружие: аристократы во дворце ходили со шпагами, а гвардейцы с мечами и пиками, но вот пощупать руками клинки смог впервые.
Чего тут только не было, начиная от банального кинжала и заканчивая глефой. Правда, катан и прочих нагинат я не нашёл. И это было хорошо – будет, что предложить всадницам, в случае чего. Конечно, для боя бронированных рыцарей катана не подходит, но может пригодиться как элемент коллекций. Хейли, видя мой неподдельный восторг от смертоубийственного железа, лишь презрительно фыркнула.
Пока мы ходили туда-сюда, собрание всадниц, наконец, закончилось. Часть девушек пошла к драконьим башням, в которых и обитали драконы, а часть разбрелась по территории. Увидев это, Хейли сказала, что надо закругляться и повела меня обратно в жилую часть.
– Здесь живу я, – заявила она, когда мы остановились возле одной из дверей. – Обычно комнаты наставницы и ученицы располагаются рядом, чтобы молодая всадница могла что-то спросить, так что выбирай либо вот эту комнату, либо вон ту, – показала она на две комнаты напротив её. – Но я не рекомендую новой ученице меня тревожить без веской причины.
Так, спокойно. Провоцирует, это ясно как день, чем-то я ей очень не нравлюсь. Узнать бы ещё, чем.
Хейли, тем временем, подошла ко мне совсем близко:
– Меня назначили твоей наставницей и я исполню порученное. Однако Наррита не зря говорила, что тебе будет очень трудно и больно. Чтобы встать всадницей, каждая из нас переступила через себя. Тебе это только предстоит, и помешать мне, как наставнице, на этом пути не вправе никто. И хотя я могу подвергнуть тебя лишь тем испытаниям, что прошла сама, поверь, тебе хватит и этого.
Её глаза были наполнены такой ненавистью, что я непроизвольно попятился. Передо мной стояла не красивая молодая девушка, а самый настоящий демон. Однако, не смотря на испуг, я почувствовал тонкий аромат, исходящий от Хейли и почему-то вызывающий ассоциации с горными цветами.