– Но ведь это дети! – попытался объяснить я недопустимость подобных экспериментов. – Они просто не способны понять всей опасности. Драконы для них – сказочные существа, что защищают страну от врагов.
– Считаешь, мы слишком жестоки и благо страны не стоит нескольких детских жизней? – Наррита внимательно смотрела на меня.
– Не знаю, – помявшись, сказал я.
Я действительно не знал. Это хорошо дома на диване с гневом в глазах обличать разных государственных деятелей, пусть даже и вполне заслуженно, и говорить про слезинку ребёнка. А если на границе безжалостный враг и перед тобой выбор: либо пожертвовать жизнями нескольких невинных детей, либо остаться чистеньким, но погубить всех детей государства? Судя по тому, что я узнал об этом мире, войны тут похлеще наших, геноцид – обычное дело. Страшный выбор.
– Хорошо, что сказал хотя бы «не знаю». Что же касается невинных детей, то, повторюсь, хватать кого-то с улицы не было нужды. Те мальчуганы творили такое, отчего даже матёрые душегубы в ужасе разбегались. Детская жестокость порой в разы превосходит взрослую. Им был предоставлен выбор: либо наказание, либо испытание с драконом. Они выбрали дракона.
– Значит, дело не в невинности юношей, – сделал логичный вывод я.
– Не в этом, – подтвердила Наррита. Затем встрепенулась и спросила: – Да, может, у тебя есть ко мне какая-то просьба? Говори, не стесняйся.
– Можете Гану передать, что со мной всё в порядке? – попросил я. – Это мой друг, мы с ним вместе работаем, то есть работали, уборщиками, – добавил я, справедливо подозревая, что Наррита знать не знает какого-то там слугу.
– Молодец, что не забыл, а то некоторые не верили, – усмехнулась глава всадниц. – С твоим другом всё хорошо, ему сообщили, что тебя дали особое задание. Так что не переживай.
– А можно нам как-нибудь встретиться? – решил развить успех я.
– Не сейчас, – отказ был мягким, но я сразу понял, что упрашивать бесполезно. – Вообще, я хотела поговорить не о делах империи. Тебе показали, как у нас всё устроено?
– Да, Хейли провела экскурсию, – об угрозах молодой всадницы я решил не рассказывать, а то ситуация приобрела бы черты семейной драмы: брат пожаловался на злую старшую сестру матери. Скажу, если девушка от слов перейдёт к делу.
– Тогда ты должен знать, что в Драконьих Башнях мы живём не одни, с нами живёт ещё несколько десяток служанок. Они помогают нам с драконами: готовят им и нам еду, убирают за ними, стирают наши вещи, наводят порядок и выполняют множество другой работы, на которую у нас нет времени и которая не приличествует благородному сословию. Сегодня им было велено никуда не выходить из зданий, но текущие дела никто не отменял. Поэтому уже завтра они снова начнут исполнять свои обязанности.
Вот оно в чём дело. А я-то думал – где вся прислуга? Обошли почти все Башни и никого постороннего не встретили. Оказывается, для меня устроили вип-тур.
– И это создаёт определённые проблемы, – Наррита прищурилась. – Сам сообразишь, какие?
– Да вроде нет никаких проблем, – ответил я, искренне не понимая, о чём идёт речь.
– Есть, есть проблемы, – не согласилась со мной глава всадниц. – Как и мы, все прислужницы – девы. Только вот в отличие от нас, что могут контролировать свои чувства, они обыкновенные девушки. С самыми обычными желаниями девушек их возраста.
– Вы думаете, они начнут ко мне приставать? – до меня, наконец, дошло, что за проблемы имела в виду Наррита.
– Совсем не исключаю. Ты молодой симпатичный парень, единственный, кого они будут видеть постоянно рядом с собой. К тому же, твоя жизненная позиция весьма привлекательна для женщин. Мало кто из мужчин может такой похвастаться. Точнее, похвастаться-то могут многие, но вот с выполнением обычно беда. Добавь к этому своё положение драконьего наездника, первого в мире. Да, я думаю, что к тебе могут начать приставать.
– Так давайте им скажем, чтобы не приставали, – предложил я вариант решения проблемы.
– Действительно, и как это я сама не догадалась? – всплеснула руками Наррита. – Всё же так просто – всего лишь сказать. Вот что значит мужской ум, – с уважением глянув на меня, добавила всадница, а потом сокрушённо покачала головой.
– Простите, – чувствуя себя балбесом, сказал я.
– Ничего, ты даже кое в чём прав, – царственно кивнув, приняла мои извинения глава всадниц. – Я, конечно же, велю служанкам не рассматривать тебя как возможного любовника или мужа. Однако некоторые могут и не устоять. Порой любовь толкает на безрассудные поступки, в этом ты сам недавно убедился. А иногда на безрассудные поступки толкает корысть, и даже страх наказания оказывается слабее.