Вот тут и начался настоящий ужас, потому что трясущаяся в муках земля раскачала фундамент замка, вся библиотека разом наклонилась на двадцать градусов к обрыву, к океану, и полетели с полок бумажными нетопырями книги.
Мэтью, братья Таккеры и потерявшая равновесие Штучка заскользили по искривившемуся полу, покрытому горящими книгами. Балкон со звуком пушечной пальбы стал отваливаться от каменных скреп и кусок за куском рушиться в океан.
Оконные портьеры втянуло наружу и вниз, как в водоворот, но они зацепились за нависшую балюстраду. Землетрясение рвало замок Фелла в клочья, как гнилой пергамент. Серое утро обернулось открытой пастью, готовой поглотить Мэтью, Таккеров и Штучку.
Оставшийся на балконе одинокий морской конек кувыркнулся вниз в своей последней скачке. Мимо скользящих человеческих фигур проносилась библиотечная мебель и горящие книги, а решатель проблем из Нью-Йорка отчаянно тянулся к окровавленной Штучке, пытающейся зацепиться за разлетающиеся щепой половицы. Левой рукой он ухватил девушку за правую, но они вместе сваливались за край.
Когда раздался самый сильный толчок, Минкс Каттер и Ария Чилени были заняты дракой не на жизнь, а на смерть. Их шатало по всей комнате, и каждая, перехватив руку противницы с ножом, пыталась одновременно высвободить собственное оружие. Когда вздыбился пол и затрещали стены, битва не прекратилась, потому что смерть стояла над ними и требовала жертвы.
Мадам Чилени плюнула в глаза Минкс и попыталась ее свалить, но та оказалась слишком ловкой.
Они пинали друг друга ногами, потому что смертоносные клинки были зажаты намертво. Минкс изловчилась и толкнула своего врага спиной на комод с такой силой, что у Арии дыхание отшибло и лицо искривилось гримасой боли. Она толкнула Минкс в ответ и попыталась вывернуть руку с ножом из тисков соперницы, но Минкс не разжала пальцы. С криком ярости мадам Чилени пошла на риск выпустить руку Минкс, чтобы ткнуть ногтями в золотистые глаза. По скуле девушки потекла кровь. На Арию тут же обрушился нож — сильный неприцельный удар, — и оцарапал плечо.
Женщины разжали хватку. Замок Фелла стонал и повизгивал в муке, а они сосредоточились на том, чтобы нанести сопернице смертельный удар.
Мэтью пустил в ход тесак.
Развернув носки ботинок, чтобы увеличить трение об пол, он с силой отчаяния всадил острое лезвие в доски пола. Другой рукой он держал Штучку. Сползание к нависшим над водой руинам балкона остановилось.
Но тут какая-то тяжесть нависла на его лодыжках, и рука, которой он держался за рукоять тесака, чуть не вывернулась из плеча. Оглянувшись, Мэтью увидел потную багровую морду Джека Таккера — бандит полз по его ногам вверх. Мэк успел зацепиться за края треснувшей половицы и держался за одну ногу Джека. На миг Мэтью показалось, что сейчас у него хребет разломится от тянущего веса, и он едва не разжал пальцы. Пот брызгал из пор напряженного лица, словно из губки. Еще немного — и он не выдержит, отпустит тесак. Еще одна секунда — и связки плеча порвутся, да и лезвие начало расшатываться в половице.
Штучка двинула Мэка в лицо жестким ботинком. Потом еще раз, и снова, и в четвертый раз — в нос и в рот. Физиономию младшего Таккера отменно перекроило этими ударами. Выплюнув полный рот крови и пару выбитых зубов, он одной рукой потянулся к ногам Штучки, чтобы прижать их к полу. Она извернулась и двинула еще раз — в горло, пока он пытался ее схватить. Мэк издал жуткий безобразный звук, прозвучавший как слово «Братик!» и исходящий, казалось, из самых глубин отчаяния, тяжело заморгал, выпустил ноги Джека и заскользил среди огненных страниц разорванных книг, среди всполохов разбитого оконного стекла, наружу, на склонившийся балкон.
— Братик! — завопил в ответ Джек полным муки голосом.
Мэк Таккер ухватился за перехлестнувшую через балюстраду штору, мгновение покачался на ней, — такой же маятник, как остров Фелла. А потом сука по имени Судьба — женщина, которую он ублажал и проклинал на протяжении всей своей беспутной жизни, — предала его. Она смеялась последней — штора оборвалась, и Мэк, вцепившись скрюченными пальцами в ткань, рухнул в океан, издав пронзительный вопль. Вслед за его головой вошли в воду несколько каменных балюстрад — смертельный сюрприз для головы с выбитыми зубами, рассеченными губами и помятой глоткой.