Фрэд не стал долго размышлять над нежданным открытием и снова рванулся к перевернутому квадроциклу.
Разочарованию не было предела. Как водительское, так и пассажирское кресло оказались абсолютно пусты. Фрэд в растерянности озирался по сторонам, подсвечивая окрестности фонарем, даже сделал несколько кругов вокруг места катастрофы... Ничего. Нет даже оторванного колеса. Ничего и никого.
«Если разбушевавшаяся стихия вырвала Алину из кресла, – угрюмо думал он, – то она может оказаться вообще где угодно. Хоть на горе Олимп. Или же эта белесая дрянь настигла ее и проглотила, выплюнув прочь всего лишь несчастную изуродованную машину. И то, и другое полностью исключает любые варианты спасения. Черт, черт, черт!.. Как же не хочется в это верить!»
Фрэд еще раз заглянул в кабину изувеченного квадроцикла. Приборная панель тускло мерцала в темноте, а экран навигатора оказался разбит вдребезги. Судя по всему, аккумуляторы практически на нуле, еще немного, и сдохнут окончательно. Фрэд протянул руку и выключил питание.
«Ну, и что теперь? – думал он. – Возвращаться? А что по этому поводу скажет моя интуиция?»
Интуиция молчала.
«По крайней мере, теперь есть надежда, что с командой Кевина все в порядке. Что само по себе уже очень и очень неплохо. Но как же жаль бедную Алину!.. К сожалению, я так и не смог ничего для нее сделать.»
Фрэд повернулся и медленно побрел обратно к своей машине. Около коварной зеркальной кляксы он остановился и, присев на корточки, принялся внимательно ее разглядывать. Никаких причин неожиданного помутнения ртутной субстанции он придумать так и не сумел.
«Здесь нужна не моя голова, – вяло думал он. – Кто я? В недавнем прошлом отставник, а теперь вообще... заурядный водила. Двадцать лет назад над загадкой «мягких зеркал» работало великое множество институтов, как на Земле, так и во Внеземелье. И самое главное, никто ничего так и не придумал. Высоколобые ученые лишь разводили в стороны руками, когда им задавали вопросы насчет поразительных свойств зеркальной субстанции, не более того. Никто так и не понял, что же это, в конце концов, такое.»
Фрэд поднялся и повел фонарем из стороны в сторону. Цепочка тусклых отметин пересекала равнину точно так же, как и вблизи жилой пирамиды, плавно растворяясь в ночи. Теперь, когда он имел полное представление о том, как именно выглядят «мягкие зеркала» в данном конкретном месте, разглядеть их оказалось совсем нетрудно. Вот они, строго через равные промежутки выстроились в сторону клубящейся белыми облаками таинственной преграды. И в противоположную сторону тоже...
Стоп! Тоже, да не совсем. В сотне шагов определенно имел место отчетливо различимый разрыв.
Фрэд, сощурившись, внимательно вглядывался в подсвеченное фонарем отсутствующее звено зеркальной цепи. Ну точно, никаких сомнений! На месте очередной тусклой кляксы наблюдалось неопределенной формы светлое пятно, основательно присыпанное темным марсианским песком.
Внезапно проснувшаяся интуиция дала о себе знать в полный голос. Она кричала так, что перехватило дыхание, а сердце забилось в груди с бешеной силой, словно всерьез вознамерилось выпрыгнуть из грудной клетки.
«Не бывает на здешних бурых равнинах до такой степени светлых камней, – мысли сменяли одна другую с ошеломляющей скоростью. – Во всяком случае, я таких не встречал. Разве что замерзшая углекислота... Да нет, о чем это я! Иней накрыл бы здесь все вокруг, а не ограничился одним-единственным валуном. В то время как марсианские скафандры у нас именно белые...»
Подогреваемый безумной надеждой, Фрэд сорвался с места и бросился в сторону таинственного пятна.
«Ну же, давай, не обмани! Это было бы слишком жестоко!»
Интуиция, как обычно, оказалась на высоте. Сильно засыпанный тяжелым темным песком, на месте отсутствующей зеркальной кляксы лежал человек в белом марсианском скафандре. Фрэд упал на колени и принялся руками отбрасывать в сторону песок и камни, накрывшие несчастного совершенно неподъемным покрывалом.
«Только бы она оказалась жива! – стиснув зубы, шептал он. – Только бы оказалась жива...»
Сомнений в том, что счастливая случайность привела его именно к пропавшей бесследно Алине, не было никаких. К кому же еще?
Когда, наконец, удалось высвободить беднягу из сыпучего плена, Фрэд перевернул податливое тело на спину и заглянул под прозрачное забрало шлема.
Так и есть. Девушка. Молодая, совсем еще девчонка. Красивая. Глаза закрыты, однако на щеках заметен румянец. А значит, есть надежда, что самого худшего все-таки не случилось.