Все посмотрели на Арота. Он кивнул.
- Далее – вам потребуется очень сильный ангел, потому что в человеке должны быть и тёмное, и светлое начало. Здесь проблемы не вижу, у вас есть Роберт. И четвёртое – здесь вам понадоблюсь я. Потому что это ритуал могу провести только я. Возникает вопрос – с какой стати мне помогать вам? Будут мне за это какие-то плюшки?
- Что ты виляешь, бес? Говори что ты хочешь! – Не удержался Константин.
- Я хочу власти. Мне мешают только Смерть и Лилит. Они выходят за рамки, устраивают беспредел. Даже демоны не в восторге от их решений. Бог никогда не вмешивается, он слишком занят проблемами людей. А Сатана настолько ослеплён любовью, что не видит, что творит его жёнушка вместе со своим любовником.
Я представил Лилит, красотку с розовыми волосами, и Смерть. Какие из них любовники? Она – воплощение ночи влечёт за собой тени несбывшихся мечтаний, искрящихся в воздухе как мрак изысканных перьев. Плетёт паутину из стонов. Она нежность, холод и страсть. А может, забвение?
- Ты громко думаешь, Николас, - заявил Авэл. – Лилит и Смерть – два лица одной медали. Они не просто любовники, они играют в вечность. Она манит, привлекает, заставляет желать её. Но объятия её ведут к последнему вздоху. А Смерть – тихий, неизбежный, поджидает своих жертв в чёрных капюшонах. Он приходит раз и забирает душу.
- Обугленный совет неприкосновенен, бессмертен, но настало время что-то поменять в нём. – Арот поднялся, облокотившись на трость. – Я хочу свергнуть их, и вы нам в этом поможете.
Глава 25
Николас
Я ощущал колебания Роберта, и он не заставил себя ждать.
- Вы же сами сказали, что в совете должна быть и светлая сторона! – Гневно проговорил ангел.
- Мой хороший, на место Бога мы и не претендуем. Не волнуйся, Роберт. И ты же помнишь, что место Бога в Обугленном совете предлагали тебе? Но ты ушёл, отказался, и Господь вынужденно занял это место. Бог не любит судить. Он, по мнению верующих, воплощение любви, милосердия, сострадания. Он любит прощать, учит избавляться от обиды, злобы и мести. И это описано в Писании, если что. Судить кого-то сложно, без стандартов и предвзятости. Мы не всегда видим полную картину и не учитываем обстоятельства. И Бог, зная наши ограничения, возлагает ответственность за прощение и отказ от суждений. Многие считают, что Господь – это верховное правосудие, и только он имеет право судить. Тебе была дана возможность судить, как Богу, ты отказался. Почему? Почему ты отказался от роли судьи? Ты несправедлив? Немилосерден?
- Я не стану исповедоваться перед вами, - заявил Роберт. - Я не стал судьёй в Обугленном совете, потому что не думал, что достоин. Я не Бог, я всего лишь ангел.
- Ладно, проехали. Как мы провернём эту авантюру, это же нереально, - обратилась Ребекка к демонам.
- Всё просто. Мы можем устроить спектакль – наведём иллюзию.
В наших головах шёл ожесточённый спор. Роберт был категорически против, Ребекка с Константином были за, я колебался. Для меня, как для ангела, это предательство. С другой стороны были мои друзья и Дарина. В итоге, извинившись перед Робом, я ответил согласием. Не сразу, нехотя, но в итоге согласился и Роберт.
- Отлично. Тогда давайте скрепим нашу сделку, - проговорил Арот.
Семь пар рук соединились. Семь голосов зазвучали в унисон, произнося клятву. Мы не смогли бы её нарушить или обойти. Эта старинная клятва давала право доверять друг другу.
Наши новоиспечённые друзья с пылающими глазами начали видоизменяться. Их кости издавали хруст, напоминающий треск льда. Мы стояли на границе света и тьмы, внимая этому жуткому звуку. Их облики, ранее элегантные и изысканные, стали пугающе-отвратительными, с причудливыми узорами на коже.
Мои запястья пылали, я чувствовал, как струи огня пронизывают кожу, образуя знак бесконечности, сплетая линии наших судеб. Наши тела кружились, шелест крыльев смешался. Когда-то в детстве я хотел быть космонавтом. Но то, что я ощущал сейчас, кружась словно в центрифуге, не описать словами. Ужасное ощущение.
☆☆☆☆☆
- Если Дарину ранил Болезнь, значит, Смерть следит за девочкой и вами. Чем-то она ему не угодила, - усмехнулся Арот, придя в себя. – Мы поступим следующим образом: ты, Авэл, наведёшь тёмное облако, заполнишь небесный чертог множеством призрачных образов, где каждый небожитель окажется лишь отражением дум. Они самодовольны в своей безмятежности и не заметят, как реальность растворится в мираже, созданным искусным лжецом.