Современное искусство экспериментировало со всяким импрессионизмом и прочим «художник так видит», но куда адекватнее, чем в моем прошлом мире. Никаких тебе прибитых к стене бананов. Никогда прежде я внимания не обращал, а тут задумался: это везде так, или только в Ордене вкусы не улетели в изврат из-за постоянного давления внешней угрозы — опасность, как известно, здорово прочищает мозги? Или дело не во вкусах, а в том, что нет искусствоведческой мафии, которая в моем первом мире это «современное искусство» и создало?
Ладно, не важно. Важно, что я слонялся по высоким залам и думал о своем.
И «о своем» — это была отнюдь не новая магическая война.
Подготовкой к ней я займусь в свой черед, вот, собственно, уже занялся: пошел в музей Метакосмоса и разглядываю выставленные там страшные туши. Тоже сбор информации, почему нет. Я раздумывал о том, что сильнее ударило по эмоциям: о вырванных сердцах и возможности быть магом вне власти Проклятья.
Как вообще вырвать себе сердце⁈
Еще одно полузабытое воспоминание: вечность назад училка на уроке зачитывает нам отрывок из Горького, а я раздумываю — как этот Данко разорвал себе грудь? Автор хоть палец сам себе оторвать пробовал? (Да, с литературой в первой жизни у меня точно так же не ладилось, как и во второй.)
Быть может, Веселов сказал так для красного словца и на самом деле он себе сердце вырезал. Скальпелем или другим острым ножом, например, имеющим лезвие предметом-компаньоном — брр, от одной мысли блевать хочется, но тут вся ситуация такая. Однако Аркадий произвел на меня впечатление человека, очень тщательно подбирающего слова. Скорее всего, речь шла о каком-то спелле, усиливающем пальцы рук, что-то вроде магических когтей. Но чтобы сохранить жизнь человеку — ребенку! с маленькой массой тела! — с хоть буквально вырванным, хоть даже аккуратно вырезанным сердцем, рядом должна дежурить медицинская бригада с раскочегаренной аппаратурой жизнеобеспечения. Счет-то идет на секунды. Ну, может, на минуты — где-то я читал, что с остановившимся сердцем несколько минут можно жить — но еще же есть такая вещь, как болевой шок и кровопотеря!
Как он это организовал?
Как вообще сердце вытащил сам у себя? Тренировался? В зеркало глядел? У него был спелл вроде моей эхолокации, позволяющий просвечивать грудь рентгеном?
Надо было расспросить поподробнее, но я был слишком шокирован словами своего собеседника. То ли внезапно застеснялся, то ли просто охренел. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что Веселов и так втиснул нашу беседу в крайне напряженный (особенно при его состоянии здоровья) график. Не факт, что у него нашлось бы время удовлетворить мое любопытство. А любопытство, между тем, чесалось. Обязательно надо будет в следующий раз уточнить детали. Тема, конечно, болезненная, но сам виноват. Тем более, мне для дела…
«Для дела? — спросил я сам себя. — Точно? Ты что, прикидываешь этот вариант как возможный для себя?»
Вот тут честный ответ был решительное «нет». Не то чтобы я не смог бы пожертвовать собой ради других. Совсем недавно я уже это проделал, и не раз. Но — именно чтобы спасти чью-то жизнь. Рискнул бы я многолетними физическими мучениями и медленным умиранием ради важного дела? Тоже да. Но для меня это был бы реально последний выход, когда я потерпел поражение и все остальные попытки провалились. Или когда времени нет придумать что-то получше. А так, как Аркадий, обдуманно и хладнокровно… (Вряд ли иначе получилось бы, тут явно нужен подробный план и последовательная подготовка). Нет, совсем не мой стиль. Я бы скорее еще сто лет потратил на исследования, в надежде, что смогу либо сломить Проклятье самостоятельно, либо придумаю какой-то другой способ передать инфу, получше. Потому что потеряв сердце, главный аналитик вместе с ним потерял способность активно влиять на события, попал в полную зависимость от доброй воли других людей. И вот это мне совсем стало бы поперек горла.
И Аркадий-то терпит кое-как, по нему видно. Но терпит. Я бы не смог. Надо думать, у него совсем другой характер. Или он изначально принял смерть, хотел умереть… Нет, чушь: фаталист или самоубийца давно ослабил бы самоконтроль и поплыл эмоционально, а там и погиб бы. Тут нужна чудовищная воля к жизни!