Лица у всех были заинтересованно внимательные. Он прекрасно понимал, что такое внимание часто обманчиво. Многие из присутствующих на торжественных приёмах думают о многом, только не о том, что говорят выступающие. Однако в данном случае и его, Маннергейма, и короля Густава V, похоже, слушали внимательно. Потому что и тот, и другой говорили вещи важные, конкретные. И результат этой встречи мог сказаться на дальнейших политических событиях.
Именно с таких дипломатических и дружеских визитов, как правило, начинается сближение позиций правительств, укрепление связей и создание союзов. А речь шла о сплочении на основе общих интересов, немного-немало, — скандинавских государств.
— Когда сегодня мы, формируясь и развиваясь как свободное и независимое государство, получаем от вас, Ваше величество, такие ценные подтверждения братского и дружеского отношения, это приносит нам чувство глубокого удовлетворения. Народ Финляндии всем сердцем поддерживает пожелание Вашего величества, и он обязательно примет участие в совместных делах и усилиях северных государств для сохранения общих интересов. Выражая от имени моего народа и государства и от себя лично глубокую признательность вам. Ваше величество, я поднимаю этот бокал в честь Вашего величества, Её величества королевы, в честь всей Вашей семьи, а также за счастье всего шведского государства и шведского народа.
Утро следующего дня было солнечным и морозным. В отведённые регенту покои вошёл посланник короля:
— Ваше высочество! Господин генерал! Его величество приглашает вас на прогулку по городу. Когда вы можете быть готовы?
Маннергейм уже давно встал. Соблюдая свои солдатские традиции и привычки, быстро умылся, побрился, съел поданный завтрак. Едва он допил кофе, как явился этот придворный посланник.
— Доложите Его величеству. Я уже готов.
— Слушаюсь, Ваше высочество.
...Барон сидел в открытой карете вдвоём с королём, рядом с ним. Беседа была оживлённой, несмотря на лёгкий, хотя и ледяной, полуденный ветерок февраля.
— Я полагаю, господин регент, именно теперь настали наиболее благоприятные времена и условия для сближения наших стран и народов. И от нас с вами, господин генерал, во многом зависит реализация этих возможностей.
— Да, конечно, Ваше величество! Я всячески поддерживаю все ваши пожелания, ваши мнения и взгляды в этом вопросе. Скандинавские страны должны поддерживать друг друга.
— Швеция, господин генерал, могла бы кроме постоянной дружеской поддержки, как в политическом аспекте, так и в экономическом, сделать и более глубокие шаги. Мы могли бы в трудные для Финляндии времена становления и укрепления независимости, отказав себе в некоторых нужных вещах, пойти на передачу Финляндии серьёзной финансовой, продовольственной помощи. Сумели бы поддержать и оказать влияние на международном уровне и в решении карельского территориального вопроса. Но и вы могли бы помочь в разрешении извечных спорных дел...
— Благодарю, Ваше величество. Ваше предложение касается Аландского архипелага?
— Это, скорей, не предложение, а пожелание совместно с Вашим высочеством обсудить проблему, поискать наконец приемлемый выход из того сложного политического узла, завязанного давно.
— Ваше величество! Финляндский народ считает эти острова своими исконными землями. Я даже не вправе поднимать этот вопрос в парламенте или сам принимать решение. Меня не поймут не только потомки. Современный народ Суоми не примет такого решения.
— Но речь идёт, господин генерал, всего лишь о всенародном голосовании жителей Аландов.
— Я думаю, Ваше величество, что такой вопрос, если и должен решать народ, то не только жители Аландских островов, а народ всей Финляндии. Но сегодня мы и к этому не готовы.
— Я полагаю, господин регент, всё-таки мы должны искать выходы из этой сложной проблемы. Мы — соседи, наши народы слишком близки и дружественны, чтобы иметь спорные территории и не разрешить эти проблемы.
— Да, конечно, надо искать компромиссные решения, о которых я вам уже говорил, Ваше величество. Чтобы Швеция укрепила, допустим, два острова, контролирующие пролив Южный Кваркен, разместив там, например, военную базу.
— Я уже высказывал вам, господин генерал, что такое укрепление может быть расценено, как военный союз. Конечно, всё это имеет определённый интересный смысл. Решение конвенции 1856 года о демилитаризации Аландов, конечно, архаично. Оно устарело, но юридически не отменено. Не только Советская Россия, она-то, конечно, будет против, но и передовые страны Европы могут не поддержать нас.