***
Ну что же ты не просыпаешься? Взяв его теплую и расслабленную ладонь в руки, Лиза прижала ее к собственной щеке, наслаждаясь соприкосновением.
- Вернись, - Дрэго прошептал это так тихо, что ей пришлось наклониться к его лицу, - не уходи. Вернись домой.
- Я с тобой. Я здесь.
Он, казалось, не слышал ее слов, повторяя одно, и тоже, как в бреду. Широко раскрытый глаз смотрел на нее, но не видел. Пару раз к ней пытались зайти Орсо и Алекс, спрашивая о его состоянии, но видя, что ничего не меняется, деликатно оставляли их вдвоем. Лиза ни на секунду не разжимала рук, и, словно награждая за терпение, его пальцы, напряглись и сжались. В глаз словно вернулась душа, наполнив его разумом.
- Как долго мне тут лежать? – хмурый вид Дрэго дополнял чрезвычайно недовольный тон, словно его и не ранили вовсе!
- Хирург сказал, что минимум неделю. У тебя может начаться воспаление, - мягко произнесла она, пытаясь его успокоить.
- Это царапина, а не рана!
- Тише. Все серьёзнее, чем тебе кажется. Что тебя беспокоит? Город обойдется без своего канцлера на это время. Думай, что это отпуск.
- Я не могу, - он словно не хотел продолжать начатую мысль, но Лиза бережно поглаживала его ладонь, успокаивая и одобряя, - не могу спать вне дома. В последний раз, когда мы с охотниками выбирались за границу города, я кричал во сне так громко, что перебудил всех, кого только мог. Той ночью за нами пришло трое шерров. Хорошо, что со мной находилось всего лишь несколько человек, включая Орсо, и сей факт удалось скрыть. Но представь, что будет, если об этом узнают в больнице. Заберите меня домой. Это не обсуждается!
- Поняла. Мы сделаем это, даже если твой врач навсегда станет моим врагом.
Когда в качестве аргументов за твоими плечами стоят двое вооруженных до зубов мужчин, спор гораздо быстрее решается в твою пользу. Бурча и брызжа слюной, хирург, казалось, хотел воткнуть свой скальпель прямо промеж ее глаз, но Лиза выдержала все нападки, да еще выбила из него носилки для переноски Дрэго. Похоже, больной совсем пришел в себя, командуя тем, как его положить, через какие улицы нести и каким образом скрыть факт своего ранения. Но, даже когда они переложили его на кровать, террор продолжился! Все бегали, выполняя поручения и приказы, не в силах сопротивляться этому деспоту, вплоть до самого вечера.
- Хватит с них! – войдя в темную спальню, Лиза прикрыла за собой дверь. – Ты совсем загонял Орсо и Алекса!
- Им полезно, - усмехнулся он, - посиди со мной. У меня такое чувство, что если я перестану давать тебе поручения, то упущу. Ты снова сбежишь и уже не вернешься.
- Посижу, если ты заснешь. Кто тут у нас раненный? – улыбнувшись, она расположилась на постели и подтянула сползшее одеяло, открывшее его обнаженный торс и широкую белую повязку на животе.
- Скажи, - его голос стал серьезным, - ты действительно хочешь быть с нами?
- Я… - Лиза замешкалась и опустила голову, - предлагаю сделку. Ты постараешься заснуть, я а спою. Я редко на это решаюсь, но сейчас песня прорывается наружу. Просит воздуха.
- Для меня еще никто не пел, - Дрэго притих в ожидании, не настаивая на ответе на свой вопрос.
Набрав в легкие воздуха, она, вначале робко и неуверенно, начала песню на русском, так часто игравшую в плеере, что слова полились сами собой, а мелодия заиграла в голове, помогая выплеснуть собственные эмоции:
- Будь навсегда в моей жизни, будь,
Я с тобой разделю твой путь,
Я теперь не хочу терять
Ни одной минуты…
Лиза и сама не поняла, когда голос взлетел в воздух, раскрывшись полностью, а на глаза набежали непрошенные слезы.
- Ты такая красивая, когда поешь, - он притянул ее поближе и обнял, - жаль, я не понял ни слова. На этом языке разговаривают в Омеге?
- Это язык моей матери, - она притихла, стараясь не будить старые воспоминания, зная, что с ними придет и боль, включив блоки, поставленные Джоном.
- Переведи мне.
- Нет! – она попыталась выползти из его объятия, но оно лишь усилилось.
- Да. Ты же не откажешь больному?
- Там поется о бабочках и пони, - попробовала отмазаться она, но Дрэго рассмеялся.
- Из тебя плохая лгунья. Давай. Мне интересно.
Ругая себя за такую инициативу, Лиза составляла перевод, даже не пытаясь подобрать стихотворную форму, но, на искаженном временем итальянском, все звучало не менее красиво, чем на русском. Постепенно она увлеклась, очнувшись, лишь когда завершила последнюю фразу.
- Добро пожаловать домой… Знаешь, я ведь даже не помню, как зовут ту певицу. Это было так давно… - вздохнув, она положила свою голову ему на плечо.
- Я люблю тебя, Огонечек.
Пораженная его словами, Лиза попыталась приподняться и посмотреть на него, но Дрэго прижал ее обратно, словно ничего и не говорил.
- Что ты сказал?
- Ничего. Я сплю, не вертись.
Вновь притихнув, он нежно поглаживал ее макушку до тех пор, пока сон и в самом деле не вступил в свои права.
20 июня 2294 г. Европа. Тури-сол
Вбежав в родной город вместе с верным Лирром и целой толпой охранников, Рарнир встряхнулся, очищая шерсть. Он не хотел говорить другу об истинной цели визита, но тот оказался слишком проницательным, расспросив в дороге о деталях завещания и явно сделав собственные выводы.
- Погоди. Не спеши домой, - Лирр показал ему глазами в сторону храма и они вместе направились к белым, как снег, стенам, - надо поговорить. Без посторонних.
Толстые стены являлись хоть небольшой, но защитой от прослушивания. Найдя укромную нишу, они залезли в нее, как когда-то в детстве, и перешли на шепот.
- Мы ведь вернулись сюда из-за Мариссы? – в лице друга промелькнула печаль. – Я надеялся, что ты больше мне доверяешь.
- Да. Прости, - Рарнир виновато опустил глаза, - я искренне пытался выбрать женщину среди крепостных. Они какие-то немощные, бледные, похожие друг на друга, как две капли воды. А наша человечка хотя бы пышет энергией и жаждой жизни. У нее будут здоровые тигрята. Хотел попытаться уговорить тебя отказаться от идеи с женитьбой.
- Я знал, - Лирр вздохнул, но не стал его обвинять, наоборот спокойно посмотрел прямо в глаза, - если такова цена за твое правление, я согласен отдать тебе ее, но у меня есть условие.
- Согласен на него заранее! – Рарнир облегченно выдохнул.
- Не спеши. Я хочу взять в жены твою сестру. Сам подумай, она, возможно, беременна и это осложнит поиск кандидатов.
- Зачем тебе это ярмо на шею? – удивился он.
- Хочу стать частью семьи верховного правителя, - ухмыльнулся Лирр, - буду и дальше консультировать тебя по дипломатическим вопросам.
- Узнаю своего расчетливого друга, - довольно оскалился Рарнир, - я уж думал, ты совсем размяк из-за той человечки.
- Переживу. Значит, мы все решили. Осталось поставить в известность наших женщин, - Лирр скривился, - готовься к битве. Они устроят нам ад!