Эпилог
17 августа 2294 г. Европа. Тури-сол
Поцеловав на прощание ручку красивой вдовушке-тигрице, с которой Максимилиан бурно развлекался всю ночь, он наблюдал, как та возвращается домой, стараясь остаться незамеченной в предрассветном сумраке. Интересно, что бы подумал почивший супруг, узнав о том, какой развратницей она стала? Живущие здесь женщины могли месяцами прозябать в одиночестве, ожидая своих мужей из дежурств, но пока ему не хотелось рисковать, завлекая их в свою постель. В отличие от людей, шерры слишком хорошо чуяли измены, поэтому ему приходилось довольствоваться безопасным и полезным для дела вариантом. Целый месяц унылой верности стал его новым личным рекордом.
Рикка и Марисса покинули город вместе с мужьями, но это было ему на руку. Все свободное время Максимилиан проводил подле своей новой избранницы, Мирры, работающей в архивах шерров, которые издревле велись людьми. Когтистые пальцы тигров, несмотря на хорошую подвижность, оказались плохо адаптированы к письму и мелкой ювелирной работе, но эта упорная тигрица старалась изо всех сил. Ей пришлось сточить свои когти почти до основания, а поверхность изящных пальчиков покрывали чернильные пятна, которые почти не выводились с шерсти. С его помощью она учила язык людей, а заодно развивала и его знания в языке шерров.
Мирра рассказывала, что ей приходилось писать по двенадцать часов в день без перерывов на еду и выходных, чтобы втереться в доверие к старичку-переписчику, который, до его появления, был единственным мужчиной-человеком, живущим в городе. Дедуля увидел в ней свою преемницу. Жаль, Максимилиана не впускали дальше порога архивов и за ним постоянно присматривал как минимум один шерр, но при этом никто не мешал ему «помогать» жителям Тури-сола. Тигры быстро привыкли к новому «рабу» и регулярно давали ему мелкие поручения, пользуясь тем, что он умеет писать. Обычно это были записки, но порой его просили фиксировать данные, результаты исследований или даже рецепты. Максимилиан записывал все на языке Миноры, а затем они, вместе с Миррой, переводили их на шеррский.
Сегодня он не собирался играть в мальчика на побегушках, но, тем не менее, достал бумагу и принялся торопливо писать, извлекая из памяти нужную информацию. Осталось свернуть лист и выйти из дома, напустив на себя беззаботный вид. Новому верховному правителю явно не хватало опыта, чтобы понять, что врагов надо убивать, а не пускать в собственный город! Рарнир упустил свой шанс, но рана в плече все равно напоминала ему об опасном белом шерре. После того дня седина навсегда посеребрила виски, нарушив идеальную черноту его волос.
Тури-сол оказался тихим местом, раздражающим своей неспешностью. Обитающие тут животные плохо понимали, что такое красота и богатство, называя городом скопище кособоких деревянных строений, не имеющих даже отопления и нормальных окон. Но архивы… Здание построили из камней и над стенами однозначно работали люди. Расположенное на хорошо проветриваемом холме, чтобы защитить книги от сырости, серое, без отделки, оно резко выделялось на фоне зеленого ландшафта. Но даже этот дом не мог соперничать с храмом богини. Кипельно-белым, напоминающим шпиль, уходящий в небо.
Постучав в дверь архивов, Максимилан ждал минут пять, но не повторял стука, чтобы не гневить старика-переводчика лишним шумом. Тяжелая створка все-таки открылась и перед ним появилась Мирра, изображающая такую скромницу, что ему стало смешно. Строгое серое платье с глухим воротом делало ее похожей на настоящую библиотекаршу, прекрасно вписывающуюся в это место. За спиной женщины виднелся маленький стол, да длинные ряды полок, набитых бумагами, вот и все ценное, что здесь было.
- Я с поручением, - громко произнес он, прислушиваясь к шаркающим шагам в глубине комнаты.
- Что у нас на сегодня? – она взяла протянутый им лист.
- Рецепт для женской кулинарной книги.
Поблагодарив, тигрица вновь закрыла дверь и заперла огромный толстый засов. Развернув бумагу, разгладила ее, мысленно ругаясь на своего возлюбленного за то, что он сложил ее вместо того, чтобы аккуратно свернуть в трубочку. Долгая практика в языке людей позволяли ей читать почти без помощи словаря, но в этом рецепте ей бросились в глаза сразу три незнакомых слова. Сзади кто-то кашлянул, и седая борода коснулась ее плеча.
- Они что, с ума сошли? Напиток страсти? – ее учитель принялся ворчать в свойственной ему манере. - Эти шеррки-домохозяйки чего только не придумают! Я еле переварил их «Кровяной суп красоты» и оригинальное печенье «Оленьи ушки»!
Достав нужный том и заправив ручку чернилами, старик незамедлительно приступил к работе.