Взглянув налево, она закусила нижнюю губу, чтобы сдержать желание бросится к оборудованию. Все привычное, но новое, дорогое и прежде ей не доступное. И микроскоп! Похожий на тот, с которым она не успела наиграться в лаборатории перед похищением, но еще более навороченный. Руки чесались от желания продолжить делать снимки с его помощью.
- Все, что я забрал из убежища деда очень старое. Обращайся осторожнее, этим железякам свыше двух сотен лет. Записи бумажные, но вполне читабельные. Хотя... Они же на нашем языке. Я переведу самые ценные.
- На вашем языке, это каком? Апокалипсистическом? - Лиза не смогла сдержать иронии, прорвавшейся сквозь показное смирение.
- Нет. Его название тебе ничего не скажет. Также я заказал современное оборудование. Привычное тебе. Единственное, что нельзя трогать - это визуализатор. Не знаю, на какие задачи он настроен и не хочу проверять. Без соответствия ментальной матрице, эта штука сварит мозг, подобно яйцу всмятку, - он глазами указал ей на красивое резное кресло, украшенное повторяющимися узорами. В низко расположенной спинке находилась выемка под голову, обитая красным бархатом.
Вспоминая, как несерьезно она восприняла комнату с вратами, девушка сдержала рвущийся из нее скептицизм. Интригующие технологии. Что же. Если он надеялся, что увидев лабораторию она передумает, то он был прав! Ну, почти прав. Все, что тут находилось, само по себе являлось искушением для любого ученого. Особенно запретное кресло! А помимо этого, записи прежнего владельца, наверняка скрывали что-то интересное, учитывая, что Джонатан готов тратить свое особо ценное время на их расшифровку.
Он ощутил ее научный интерес и попытался использовать его, но ему не понять, другого. Когда на чаше весов оказывается одна жизнь против многих, истинный врач пожертвует собой. А попытка подкупа? Глупо! Ей всегда не хватало денег, но именно поэтому они не соблазняли ее. Тому, кто знает бедность в лицо, она не страшна. Остается лишь боль и унижения, но ради защиты других, она выстоит. Выдержит все, что придет в его больную голову. Поэтому, она скажет ему твердое «Нет». И будет молиться, чтобы все-таки выжить и вырваться на свободу.
- Я знал, что ты откажешься, - его самодовольный голос вызывал стойкое отторжение.
- Убьешь? Ну, так убей! Удовлетвори монстра внутри себя, - девушка вызывающе сжала губы.
- Спасибо, что разрешила. Вперед. У меня есть место, гораздо лучше подходящее для моих планов. Я все подготовил.
- Идущие на смерть приветствуют тебя! - сделав реверанс, процитировала Лиза, но он лишь усмехнулся в ответ.
Мраморная плита и та более человечна. Она не боялась. Страх исчез, испарился, а на смену пришла уверенность в своих собственных силах, крепкой воле и мужеству. Сегодня день новых комнат. Еще одна стальная дверь отъехала в сторону. Пусто. Скучные серые обои, вместо окон два заштукатуренных прямоугольника, красивый деревянный паркет и огромная люстра под потолком. Судя по блестящим металлическим решеткам, рядом с ней недавно установили систему вентиляции. Девушка не сразу заметила два крана, торчащих из стены. Под каждым из них стояло по пластиковому стакану насыщенного желтого цвета.
- Елизавета, раздевайся, - медленно и насмешливо произнес Чума.
- Ты решил лишить меня девственности в отместку за отказ? - она храбрилась, но сказанное им оказалось слишком неожиданным, снеся с таким трудом выстроенную оборону.
- Я не способен на тебя покуситься, дурочка, - он поморщился, как раньше делал в те моменты, когда считал, что она говорит что-нибудь глупое, - твоя невинность, которой ты так гордишься, уныла и сера. Максимум, что ты способна во мне возбудить, это удовлетворение от твоего страха, для остального я слишком искушен. Секс должен быть опасным, как остро заточенный нож, ярким и кровавым, иначе это лишь наивные игры. Подари свое сокровище воображаемому принцу.
- Тогда зачем раздеваться?
- Кое-что проверить. Действуй. Или сделаю это сам.
Расстегнув ставшее привычным черное платье, Лиза стащила его и бросила на пол. Следуя его указаниям, она положила сверху нижнее белье и всучила эту стопку ему в руки. У нее забрали все, даже цепочку с медальоном. На, подавись. Лучше уж сама, чем ощущать его прикосновения на себе. Она чувствовала себя ужасно неловко и тут же обхватила грудь руками, чтобы хоть как-то прикрыться. Какая-то маленькая похотливая, часть внутри нее, трепыхающаяся под его холодным взглядом, послала в тело крохотный импульс возбуждения. Опустив голову и сжав бедра, девушка буквально запинала его поглубже, не понимая, почему ее тело вообще способно на это. Тупые животные инстинкты. Какая банальность.
- А внизу ты светлее. Но тоже рыжая. Почему?
- Ты хотел проверить какого я цвета внизу? Серьезно? - она подняла взгляд и встретилась с его глазами, насмешливыми и вызывающими.
- Ответь.
- Я крашу волосы хной! Мой родной цвет слишком рыжий, похож на корзину с морковкой. Ясно?
- Как будто это способно прибавить тебе красоты. Ладно. Я пошел, приятно оставаться, - он изящно поклонился ей и одежда, скомканная в его руках, ничуть этому не помешала.
- И долго мне тут торчать?
- Молодец, что спросила. Столько, сколько потребуется, чтобы ты передумала. Вода в левом кране, витаминно-белковый коктейль в правом. Кнопка у двери включает сигнал вызова у переговорного устройства в моей комнате. Станет одиноко, я выслушаю. Если смогу. Я не всегда буду рядом.
- Погоди, а туалет? Душ?
- Ты так любишь изгаживать все вокруг себя, что я решил предоставить тебе подобную возможность. Пожертвую одной комнатой во имя спасения многих. Благородная цель любого домовладельца.
- Человек может сойти с ума в одиночестве, - в голове девушки появилось беспокойство, умереть, пожалуй, даже проще, чем задыхаться в запахах собственный испражнений в полной изоляции.
- Правда? Какая интересная информация. Приму к сведению.
Дверь отъехала и он вышел. Через мгновение комната погрузилась в почти абсолютный мрак. Единственным источником света оказалась маленькая кнопка для связи. Зеленая точка приветливо мигала перед глазами. Она одна. Все лучше, чем рядом с ним. Ее извращенным мучителем.