– Да не напрягайся, командир, – успокаивал его Сергей. – От того, что ты десятый раз повторяешь, что нужно быть осторожным, мне это не поможет. Приедем на место, осмотримся.
В ранний час на тракте было малолюдно. Пару раз встречались повозки, запряженные понурыми лошадками, на которых корнуто смотрели как на потенциальную пищу. Лошадки это понимали и ускорялись, чтобы быстрее миновать опасное соседство.
Через пару часов сделали первый привал на опушке леса, где из-под земли бил родник. Съехали с тракта, напоили ящеров из кожаных ведер, чтобы не поганить подземный ключ, перекусили, кинули по куску мяса зверям. И уже лесом, удаляясь от дороги, виляющей подобно хвосту змеи среди лесистых холмов, стали пробираться едва видимыми тропами в направлении степи.
Низовцев никогда не видел степи, как-то больше проживая в тех местах, которые преимущественно были заняты лесами. Но эта степь, пробудившаяся после зимних холодов и метелей, его очаровала. Даже не хотелось топтать такую красоту лапами ящеров. Здесь пунцовели маки, низкорослые ирис с желтыми и фиолетовыми цветами перемежались с желтыми же и красными тюльпанами. То здесь, то чуть подальше от основного маршрута «куатры» мелькали поляны пахучей фиалки и белой с лиловым оттенком анемоны. Здесь все цвело и пахло под мягким весенним солнышком. Степь торопилась жить, пока жаркое летнее солнце не иссушило и не выжгло своими безжалостными лучами эту красоту. Если бы не это обстоятельство, Сергей согласился бы здесь поселиться. Но он представлял, что творится летом. Унылые, однообразные и безрадостные картины безжизненной земли, жаркое солнце, марево, тучи мошки, знойные ветра, поднимающие кучи сухих и оторвавшихся от почвы растений, пыль и песок.
А сейчас дух захватывало от цветущего ковыля, волнами ходящего под теплым ветерком. Дикий восторг овладел Сергеем, хотелось погнать Чероки по серебристо-зеленому морю и погрузиться в красный прибой тюльпанов. Однообразие цветущего степного ковра разбавлялось цепью холмов, протянувшихся вдоль движения отряда справа и слева. Именно туда направлялся Илон. Он объяснил, что, используя лощины и балки, можно скрытно подобраться к лагерю Хаблада. Охраны там наверняка не будет, потому что свободно гуляющие корнуто сами по себе хорошая стража. Степные саурусы способны учуять чужака и поднять такой шум, что проще не усложнять себе жизнь и обходить такие места за несколько лиг.
Пару раз Роно или Сакал, меняющие друг друга в головном дозоре, поднимали тревогу, и тогда приходилось спешиваться и прятаться в высоком ковыле. Хуже обстояло дело с корнуто, которых в силу физиологических особенностей нельзя было уложить на землю. Степняцкие дозоры появлялись то справа, то слева по ходу движения, но находились слишком далеко, чтобы можно толком разглядеть, чьи звери неторопливо шагают в высокой траве. Может, просто разгуливают, отпущенные своими хозяевами? И такое могло прийти в голову степнякам. Сергею так хотелось думать.
Глубокого оврага, к которому кабез Илон так тщательно пробирался, они достигли после полудня, и, спустившись вниз, сразу обнаружили жиденький ручеек, бегущий неизвестно откуда и теряющийся в траве. Напились, отдохнули и продолжили путь. К лагерю Хаблада, точнее, к месту, откуда этот лагерь хорошо просматривался, пришли в сумерках.
Место для наблюдения природа словно специально готовила с особой тщательностью. Неглубокая лощина находилась вдали от основных трасс передвижения степных дозоров, что сразу заметил Сергей; мягкая густая трава как нельзя лучше подходила для отдыха. Несколько невысоких деревьев с распустившейся листвой могли надежно укрывать от дневного солнца. И родничок добавлял Низовцеву оптимизма. Без воды не останется. Сколько ему придется здесь находиться — знал один лишь Тарх. Оставив корнуто внизу с парнями, Илон и Сергей поднялись на гребень холма и легли, внимательно разглядывая лагерь.
– На ночь мы останемся с тобой, а на рассвете отправимся обратно, – нарушил молчание Илон. – Сейчас скажу ребятам, чтобы настреляли дичи. Тебе же надо кормить своего Чероки. Советы давать не буду, не маленький, сам знаешь, что делать. Но предупреждаю: сейчас у тварей время случки, держи корнуто привязанным. Если учует самку – помчится к ней. Сам-то ничего сделать еще не сможет, но тебя сдаст с головой. А степняки не следят за породой, все на случай полагаются. Они перед нашим Саргалом — сопливые младенцы. Пускают своих самок свободно гулять по степи. В этом главная опасность.