«Вот же бабы безмозглые, даже в Ирай весточку не подали! – досадливо подумал Сергей. – Вечно усложнят проблему»!
– Что скажешь? – подозрительность опять мелькнула в глазах пожилого всадника.
– Это я и есть, братья, – вздохнул Сергей, – живой и здоровый. Ну, хоть раз в жизни повезло!
– Ладно, – решился старший, – езжай впереди нас до деревни, да не вздумай убегать. Враз поджарим. Проверить твою личность завсегда успеем.
– Слушаюсь и повинуюсь, – пряча ухмылку, стрелок пустил Чероки по дороге, не обращая внимания на сопровождающих.
Выселки состояли из четырех хозяйских подворий, вольно раскинувшихся вдоль пыльной дороги. Чем-то они были схожи с украинскими хуторами, имелась даже сигнальная башня, на которой кто-то маячил. Кажется, это был подросток. Правильно, нечего без дела шататься, пусть приобщается к жизни взрослых. Уже хорошо, что местные не проморгают нападение Герпир или еще кого из многочисленных кланов земель Роха.
Приближение четверки всадников было встречено пронзительным свистом с верхотуры НП. Подросток кому-то махал руками. Сергея со стражниками встречала целая делегация, состоящая из молодых мужчин, количеством пять человек, вооруженных огнестрельными девайсами. Благодушия в их глазах Низовцев не заметил. Привыкли люди к опасностям, не доверяют ни одинокому путнику, ни паре путешественников, а уж о целой сотне врагов и говорить не стоит.
Сергей снова отметил, что людское поселение абсолютно не защищено, не огорожено хотя бы простеньким забором, наподобие форта, за которым можно отсидеться во время нападения чужаков. Все здесь как на ладони. Дома не укреплены, разбросаны на большом расстоянии, места отхода в лесную зону на холмах не просматриваются. Налетай со всех сторон, грабь, убивай. Довольно странная стратегия выживания на фронтире. Получается, все будут блокированы друг от друга и помочь не смогут. Истребляй потом каждого поодиночке. Да и зачем? Кинул факел на крышу – пусть горит. Или Авьяд настолько уверовал в честность своих соседей, что даже Ирай не хочет укреплять? Не находил объяснения в такой стратегии Сергей, как бы ни ломал голову. Раньше с плохим языком спрашивать об этом феномене ему было несподручно, а вот теперь, добравшись до Ирая, поинтересуется со всем прилежанием.
– Кого изловил, Бусел? – спросил один из мужиков, цепко поглядывая на Сергея. – Давненько без удачи, да?
– Говорит, что из дружины Авьяда, – проворчал пожилой наездник, которого назвали Буселом. – Вот, не знаю, верить или нет….
– Эй, мил человек, слезай с корнуто и руки вверх задери, чтобы нам спокойнее было, – говоривший за всех мужик был, видимо, старостой или как еще называют смотрящими за выселками.
– Бить не будете? – поинтересовался Сергей, спешиваясь. Потрепал по холке глухо ворчавшего Чероки, успокаивая его. Ящер словно ждал команды хозяина, чтобы раскидать эту наглую и пахнущую железом, потом и еще чем-то резким толпу, перегородившую дорогу.
– А ты отойди от своей твари и аккуратно положи «рифлы» на землю, – продолжал настаивать смотрящий.
– Давайте так договоримся, братья, – решил сразу прояснить позиции сторон Низовцев. – Сейчас вы ведете меня туда, куда хотели, а оружие я отдам в надежные руки только после того, когда убедюсь….
– В чем? – не вытерпел один из хуторских, когда Сергей замолчал.
– Что у того руки не из задницы растут, – закончил свою мысль стрелок. – Не дам угробить свои стволы. Понял, кум?
Кто-то негромко фыркнул от смеха, но сразу же захлебнулся от пронзительного взгляда мужика. Смотрящий за выселками сердито мотнул головой.
– Хорош языком трепать! Ты, Бусел, его изловил, ты и веди в лабаз!
Лабазом хуторские называли деревянный короб из массивных бревен, стоящий на каменном фундаменте и крытый настоящей черепицей, а не жердями с накиданной на них соломе. Кроме тяжелых ворот, в которые могла проехать телега, и пары маленьких прямоугольных отверстий под крышей лабаза, никаких изысков не замечалось. Внутри тоже ничего интересного. Широкие полки вдоль стен, на них стоят корзины различных размеров, почти все пустые. В одном углу с десяток бочек, от которых идет слабый запах кислой капусты и еще какое-то амбре. Хуторские наверняка устроили здесь продовольственный склад, который сейчас еще пуст. Скоро осень, и все эти корзины и бочки наполнятся соленьями и вареньями. А для временного каземата и такое сойдет.