– Отец никогда не ошибается, – посуровел десятник. – Он может лишь не заметить мелких упущений. Но тогда для чего ему нужны жрец, сотники, десятники и кабезы?
– Угу, командир всегда прав, – по-русски пробормотал Сергей, – а если не прав – смотри пункт первый.
– Что ты сейчас сказал? – не понял Онтор.
– Да есть поговорка одна полезная, – усмехнулся Сергей, закрывая ящик-сейф. – Трудно объяснить, но, в общем, ты прав. Вождю нахлебники не нужны.
Десятник коротко хохотнул, но тему развивать не стал. За глаза говорить о вожде не принято нигде. Враз доброхоты простучат. Потом доказывай, что ты белый и пушистый. С такими мыслями Сергей стал ложиться спать. Вроде бы подготовился для завтрашней операции. Есть пара амулетов с новыми «кобрарами», то бишь пиропатронами. Вовремя Мёран подогнал опытную партию. Если повезет, завтра можно будет отстрелять и выяснить слабые места. Маг уверял, что есть значительные улучшения. И не забыть бы о мастере из далекого города, делающего линзы. Дополнительная оптика, пусть и допотопная, не помешает в дальнейшем. Одному лишь Тарху известно, насколько здесь застряли Сергей с Аленой. Повезет – вернутся, а так придется настраиваться на долгую или не совсем жизнь в странном мире всадников Роха.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Стоявший рядом с Низовцевым десятник Онтор с нетерпением поглядывал на чужемирца и ждал от него внятного ответа. Сергей не торопился, задумчиво рассматривая место вчерашней стычки. Натоптано здесь было ужасно. Кровавые следы, тянущиеся метров на сорок, внезапно исчезали. То ли раненому удалось остановить кровотечение, то ли специально кто-то уничтожил улики.
– У степняков есть маги, способные быстро останавливать кровь? – спросил Сергей. – Следов слишком мало. Выходит, что нападавшие вышли из проулка, и тут внезапно у раненого прекращает идти кровь. Так не должно быть. Я видел раздробленное колено. С такой раной далеко не убежать.
– Герпир относятся с уважением только к своим шаманам, – Онтор поправил шапку на голове, – а колдуны у них отродясь не задерживались.
– Это почему? – Низовцев присел на корточки возле большого пятна крови, которая уже превратилась в ледяное ломкое озерцо на ночном морозе.
– Шаман получает свою силу от богов, сидящих на небесах, а колдун считается плохим учеником бесов. Они дают ему знания не по наследству, а с помощью искушения, – десятник жестами показал бойцам пройтись по улице и внимательно осмотреть все следы, которые могли бы указать направление побега. – Если человек поддается соблазнам хорошей и беззаботной жизни, то ему даются знания природы и как ими пользоваться.
– Забавная трактовка, – хмыкнул едва слышно Сергей, – значит, Мёран был чем-то искушен?
– Мы не думаем как степняки, – был ответ десятника. – Магия и колдовство – это дар природы, дар мелких богов, подчиняющихся Тарху. Такие люди – несчастные. Им дано всю жизнь нести бремя проклятия.
– Дар магии – это проклятие? – вот здесь Сергей был очень удивлен. Он выпрямился и поправил трофейник на плече. – А мне кажется, что быть чародеем – здорово. Махнул рукой – озеро. Топнул ногой – овраг. Не так, что ли?
– Смешной ты, руси, – улыбнулся Онтор. – Не о том мечтаешь. Здесь никто не считает, что этим людям повезло. Как-нибудь расспроси «алкимиста», что он думает. Услышишь много интересного…. Так мы идем, или будем на кровь смотреть?
– Пошли к площади, – решил Сергей. – Может, что-нибудь перекусим?
– Ха-ха! – развеселился десятник. – Мысли читаешь, Серш! Кстати, предлагаю харчевню дядюшки Гиттура. Отменно кормит.
Рассыпавшись вдоль улицы, отряд Онтора без особой спешки стал спускаться к центру города, не забывая о главном: поиск каких-нибудь следов. Но, как и подозревал Сергей, вся кровь была размешана со снежной кашей и грязью. Наступала весна, и влажное, пахнущее теплом дыхание южных ветров хорошо ощущалось солнечными днями. Снег таял так быстро, что за день все следы были уничтожены.
На площади остановились и огляделись. Людская толчея мешала продвижению отряда, поэтому сместились к заборам, чтобы пройти к харчевне. Сергей глядел под ноги, стараясь не наступить на конские яблоки или в помои, которых тут было в избытке. Где-то за углом рявкнул корнуто, испуганно забрехали собаки. На рынок въехала небольшая группа всадников, одетых по-зимнему в теплых меховых куртках и малахаях на голове. У каждого на головном уборе был пришит пышный хвост какого-то животного, спускающийся чуть ли не до поясницы.