На Ашту они тогда не наткнулись — повезло. Даже конь, будто почувствовавший напряженность момента и наверняка уловивший нутром идущие от Несущего хаос угрозы, стоял как вкопанный: не фыркая, не переминаясь с ноги на ногу, только дыша глубоко и ровно.
Выбравшись из созданной остроухими ловушки, Ашту погнал по тракту еще быстрее, желая оказаться от эльфов как можно дальше.
Но про себя замечал, что ездили по тракту исключительно эльфийские воины, никаких людей, а такие же остроухие стражники на кордонах объясняли свое появление отловом темных, и ни слова о случае в Вайринаре.
"– А значит… а значит, эльфы о своих проблемах сообщать императору не сочли необходимым. Сейчас быстренько подберут замену почившему князю и проинформируют людей уже постфактум. Любопытно, конечно, узнать, какую политику поведет новый князек, как отреагирует на смерть своих, но это все впереди."
Через две недели пути эльфы подтвердили догадки Ашту. Дружно сняв кордоны, они утопали в сторону Светограда. Это не могло не радовать Несущего хаос. Как минимум, такое поведение свидетельствовало о том, что новый князь признателен темным в их некоторой вольности.
Ни в одном поселении у эльфийского тракта Ашту задерживаться не стал. Ночевал в местах наиболее неприглядных для этого, не позволяя себе расслабиться до самого Раздела.
В Разделе, когда он выезжал через полуночные ворота, желая попасть на Прямой тракт, люди смотрели на него удивленно и шептались за спиной подозрительно.
Такая реакция на его желание насторожила Ашту, но страшнее, чем темная армия он там вряд ли мог кого встретить. И пришпорив коня, Несущий хаос отправился проверять догадки.
Подозрения подтвердились. В самом Коарнаке темных не было, все же настолько тупые в их армии не задерживались. Зато эльфы, пускай тоже старались не светиться на его улочках, попадались на глаза довольно регулярно. А местные, в отличие от Светоградских в основном знали, как выглядит Несущий хаос. Задерживаться в городе при таких условиях было бы глупым.
Окружающие земли, в отличие от города, порадовали Несущего хаос мрачными рожами, волосатыми, шипастыми на любой вкус. Ашту не хотел показываться на глаза даже своим, но ехать постоянно прикрытым проклятьем быстро утомляло, да к тому же несло некоторые неудобства. Например, один раз на него чуть не налетел гонец, спешивший доставить известие.
Оттого засевший в засаде отряд заметил приближение Всадника раньше, чем он, погруженный в свои мысли, их. Когда Ашту расслышал тихие звуки, намекавшие на наличие в зарослях встречающих, прятаться было поздно.
— Стоять, именем Темного, — мрачный орк в истрепанной кожаной броне быстро выполз из придорожных кустов, направив Всаднику в лицо болт, уютно лежащий в ложе арбалета.
— Издеваешься? — вздернул брови Ашту, с легким интересом проследив за появлением орка.
Боец, видно не ожидал такой реакции от одинокого путника, замявшись, он начал оглядываться на подозрительно зашебуршавшие кусты.
— Это чо, он? — громогласным шепотом спросил куст сам у себя.
— Бляха, похож, — задумчиво протянул другой не менее удивленный.
— Мать, отставить! — испуганно заревел третий и из кустов с громким треском вывалился еще один орк, гораздо старше первого, но в таком же неопрятном, потрепанном виде.
Ашту и молодой с арбалетом удивленно проследили за старшим, едва не растянувшимся на дороге и принявшемся спешно отряхивать и оттягивать видавшую виды куртку, перед тем как предстать перед Всадником.
— Извините, ашт Ашту, — орк запнулся, это словосочетание всегда вызывало в головах низших воинов некое замешательство. — Мы не знали, что вы по эту сторону, — повинился орк.
— Да ладно, — махнул рукой Ашту, делая улыбку более приветливой, — есть где присесть и поговорить, чтобы без лишних ушей?
— Да конечно, – орк рыкнул на молодого до сих пор целящегося в голову Всадника, — че стоишь, хавалку раззявил? Опусти игрушку, мать, возьми у Всадника коня.
Спохватившийся малец разрядил арбалет и быстро, боком подступился к спрыгнувшему на землю Ашту, принимая поводья.
— Меня Пак кличут, ашт, — представился орк, и приглашающе махнув одновременно и рукой, и головой повел Всадника в заросли.
Ашту кивнул, пускай орк и не мог видеть его реакции и больше никак не показал своей заинтересованности пока не вышли к «лагерю»: кострищу с парой полешек и кучей дров. У потухших углей сидело пятеро орков по знаку командира тут же вставших и утопавших к остальным, к дороге.