— Хватит, — рявкнул князь, не сдержавшись, — твое дело активировать, больше ничего.
— Я не собираюсь подыхать вместе с тобой! — отрезал Анвар.
— Ты все равно умрешь Всадник, отпускать тебя я не намерен, — ухмыльнулся уже взявший себя в руки князь.
— Где Анвар? — поприветствовала Сауле вернувшихся в комнатку эльфов.
Двое: девушка эльфийка в простого кроя зеленом платье, украшенном золотой вышивкой, каштановые волосы ее переплетались между собой в сложном узоре, второй парень, стражник, в обычной для них легком пластинчатом доспехе, без шлема.
— Тебя не должна волновать его дальнейшая судьба, — тихо пропела эльфийка, — он темный и он пришел в конец своего пути.
— Какой конец? — испуганно округлила глаза Сауле. Слова эльфийки напугали ее, — где он, что с ним?
Эльфы перекинулись парой фраз на своем наречии, бросая на нее косые взгляды и, похоже, пришли к согласию. Эльфийка вновь заговорила, но уже более мирно и приветливо, разговаривать с испуганной человечкой ей не нравилось, но приказ не позволял попросту уйти — с ним все в порядке, он беседует со светлым лордом Ильфиринионом. Мы посланы, чтобы поговорить с тобой.
— О чем? — настороженно переспросила Сауле, решив вернуться к вопросу об Анваре чуть попозже.
— Для начала расскажи, ты ведь светлая? — улыбнулась ей эльфийка, усаживаясь на выращенный собственноручно стул, такой же как у Сауле, только более добрый и гостеприимный.
— Да.
— Как ты оказалась вместе с Всадником? Это ведь Всадник, так? Несущий смерть? — глаза эльфийки слегка дрогнули, попытавшись сузиться.
«Они что же, сами не знают, кого поймали?» — удивленно подумала Сауле, но сочла вопрос достаточно безопасным. Раз Анвар уже разговаривает с их князем, значит, тот точно знает кто он, — да, я его наложница.
Эльфы округлили глаза, вновь защебетав на своем наречии.
— Ты его наложница и при этом боишься, чтобы с ним чего не случилось? — похоже эта информация никак не укладывалась в голове эльфийки, она глядела на Сауле как на идиотку.
— Да что ты понимаешь, — возмущенно отвернулась Сауле, но, не сдержавшись, тихонько спросила, — что с ним?
Отвечать эльфы не стали, перекинувшись парой фраз, они просто встали и вышли, а через минуту за Сауле пришел стражник. Тот же или другой она не поняла. Эльфы действительно оказались слишком одинаковыми, да красивыми, да восхитительными, но абсолютно не отличающимися друг от друга.
— Идем, — легонько толкнул он ее, призывая подняться с облюбованного стула.
Хищная мебель действительно отпустила, позволив беспрепятственно встать.
— Куда? — убедившись, что больше ее никто хватать и пинать не собирается, уточнила Сауле.
— Вперед, — лаконично ответил эльф.
Впереди правда была стена, а дверь находилась гораздо правее, но Сауле решила не строить из себя полную дуру и покорно поплелась к выходу.
— Влево, — продолжал многословно повелевать эльф, — лево, вверх поднимайся, заходи в дверь.
Стоило Сауле войти, как дверной проем затянуло ветвями, переплетшимися и плотно запечатавшими проход, оставив небольшое смотровое окошко, находившееся на голову выше Сауле.
— Спасибо за ответ, — буркнула Сауле осматриваясь. Пустая полукруглая комната с гамаком из тех же переплетенных ветвей и небольшое отверстие в полу за ширмочкой из… переплетенных ветвей. — Что-то я не уверенна, что, если выйду отсюда, смогу спокойно гулять по лесу, — буркнула Сауле, заглядывая в дырочку с безопасного расстояния. Ничего не рассмотрела, но на всякий случай скривилась.
Сауле села на гамак, немного покачалась и решилась наконец прилечь, практически сразу заснув. Когда проснулась, внутри было совсем темно, как собственно и снаружи. Неизвестный свет, ранее освещавший внутренности камеры исчез, и появляться больше не спешил. В эльфийском лагере царила тишина, правда длилась она недолго. Уже минут через пять послышались шаги на лестнице, ведущей к камере. Возможно, они звучали и раньше, и возможно именно они разбудили Сауле, точно сказать она не могла. Ветви расплелись и через порог перекинули что-то большое и судя по всему тяжелое, застонавшее после удара о пол.
— Анвар? — опознала Сауле неизвестного, срываясь с места. Дверь вновь затянуло. — Анвар, — зашептала Сауле, опускаясь на колени рядом с тяжело дышащим Всадником.
— Сауле? Ты в порядке!? — сознание, наконец, прояснилось, позволяя понять, что происходит, кто находится рядом. — Они тебе сильно навредили? — Анвар попытался сесть, вновь глухо застонав, знакомство с эльфийским мастером было не очень приятным.
— Они меня не трогали, — невольно всхлипнула Сауле, разобрав, что с Анваром и почему он так тяжело, с хрипом, говорит. Ее руки, обнявшие Всадника, гладили мокрую, кое-где еще теплую, но в основном задубевшую неприятными корками одежду. — Анвар, за что? — она не сдержалась, расплакалась, тихонько всхлипывая на груди Всадника, прижавшего ее к себе и глядящего по голове, медленно и ласково.
— Извини меня, — шепнул он, — все из-за моей глупости.
Анвар сглотнул вставший поперек горла ком. Ильфиринион устав слушать ехидные замечания Всадника, перемежавшиеся стонами боли, пообещал говорить по-другому. И тогда закричала женщина, не в том же помещении, крик доносился снаружи. Анвар мог поклясться, что голос был Сауле, но сейчас она сидела перед ним, целая и невредимая. От нахлынувшего облегчения хотелось ни то смеяться, ни то вторить женщине и рыдать, но представив, как будет выглядеть, Всадник содрогнулся, отказавшись от таких желаний.
Вопрос, что делать дальше, встал с новой силой. Еще одного такого дня Анвар боялся не выдержать. Не то что ему было жалко активировать артефакт для светлого, но по какой-то причине Анвар был уверен, Темный не оценит такой услуги от своего Всадника. Да и как поведут себя те, что заперты в камне не знал. Что если им все равно кто их призвал. Что если будут служить остроухому.
Во время посвящения Анвар сражался со своим тезкой, Несущим смерть из камня, это был один из этапов — победить его. Точнее не победить, а показать себя. Ведь Анвар тогда проиграл, погиб, пронзенный мечом Темного Всадника, но титул получил.
Выпустить четверых таких из Сердца добровольно — нет, на это Анвар был не готов. К сожалению, даже ценой жизни, своей и Сауле.
Легкие шаги за дверью заставили напрячься и Всадника и Сауле. Прислушиваясь к шорохам, они пропустили момент, когда через окошко внутрь попал лист, тихо шорхнув по полу.
— Анвар? — удивленно шепнула Сауле, когда Всадник, в отличие от нее расслышавший касание бумагой пола, отпустил ее и пополз к двери, чем-то там зашуршав. — Что это? — уяснив, что все эти действия не просто так с любопытством уточнила девушка, вытягивая шею, надеясь таким нехитрым способом пронзить царившую вокруг темноту.
— Пока не вижу. Точнее это бумага, а зачем она здесь не вижу, — пояснил Анвар, тщетно пытаясь разобрать в темноте закорючки, едва проглядывающие на светлом листе.
За дверью вновь зашуршало и как показалось Анвару, выругалось, тихо, на грани слышимости. О пол лязгнули метал и камень, а следом слетело несколько тонких сухих пластинок, огниво и трут.
— Эмм, спасибо, — благодарно кивнул Анвар переплетению лиан, но собрав в кучку дары, задумчиво переспросил у них, — а поджигать что?
Вот теперь дверь отчетливо зарычала и, судя по звуку удаляющихся шагов, обиделась. Но нет, пока Анвар думал, не поломать ли немного кровать шаги вернулись и в щель вновь что-то протиснулось. К счастью не сено и не дрова. Магический светлячок взлетел вверх, подарив возможность видеть, пускай и не все, но достаточно.
— А сразу так нельзя было? — попенял Анвар неизвестным шагам, под нервный смешок Сауле.
— Что там? — Сауле, не дождавшись ответа от задумчивого Всадника, сама заглянула ему через плечо, едва разбирая написанные вокруг новостей аккуратные руны.
«Соглашайся. Активируешь артефакт для эльфа и прикажешь Всадникам убить их всех. Они послушают, ты носитель воли Его! Действовать будешь вечером, перед закатом, девку попросишь пустить с тобой, иначе ее не достать. Когда закончишь, выходи на восход, там эльфское поселение отсутствует, военные с этой стороны последние. Там будет ждать женщина, стражник, она отведет тебя к лошадям в безопасное место».