'Дерьмо…'
Похоже, Морган тоже решила использовать больше своих Аспектных Способностей.
Ему ничего не оставалось делать, как принять удар и надеяться, что она не собирается его обезглавить.
Удар не потерял своей силы после перерубания копья. В тот момент, когда нога Морган соприкоснулась с его челюстью, он почувствовал себя так, словно на него обрушился осадный таран. Санни на мгновение увидел звёзды. Его отбросило в сторону, и он зашатался, едва сумев сохранить подобие равновесия.
'Нехорошо… нет… на самом деле, очень хорошо! Это именно то, чего я хотел. Время быть побеждённым…'
Он немного преувеличил свою дезориентацию и стал ждать следующего удара.
Однако его не последовало.
Когда через секунду Санни вновь обрёл способность видеть ясно, он увидел на лице Морган намёк на вину. Она смотрела на него с удручённым выражением лица.
«Ах, чёрт возьми… прости, я на мгновение забылась. У меня под рукой есть целитель…»
Затем она сделала паузу и уставилась на него со слегка поражённым выражением лица. Было странно видеть Морган удивлённой.
«Вы… вы не порезались?»
Санни потёр онемевшую щёку. У него будет неприятный синяк, это точно. Но Мраморная Оболочка, похоже, выдержала Аспектную Способность Морган.
Нет, не совсем так… она, вероятно, деактивировала Способность после того, как пронзила копьё. Но её Недостаток — то, что по подозрению Санни являлось её Недостатком — остался.
Он поморщился, а затем подвигал челюстью из стороны в сторону и ровным тоном ответил:
«Нет. С чего бы мне порезаться? Я выгляжу хрупким? Ну, это не так. На самом деле я довольно крепкий».
Морган некоторое время смотрела на него со странным выражением на лице. В конце концов, её губы искривились в лёгкой улыбке.
«Это точно. Я запомню это… для нашего следующего спарринга. Этот, к сожалению, должен закончиться. Спасибо за прекрасный поединок, Мастер Санлесс».
Она взглянула на свой тренировочный меч, а затем спокойно развернулась и пошла убирать его обратно в ящик.
Санни снова потёр щёку, чувствуя, как сквозь онемение просачивается тупая боль, и посмотрел на её спину.
'Похоже, это сработало. Это… то, что я называю хорошо выполненной работой. Прекрасно. Ах… наверное, вот что называют страданием от успеха…'
Глава 1139: Анализ результатов
После спарринга с Морган Санни чувствовал себя болезненно и задумчиво. Болезненность быстро прошла благодаря его Вознесённому телосложению и Отречённому Сумраку, но задумчивое настроение осталось.
Некоторое время спустя он сидел в своём небольшом кабинете, игнорируя бумаги, которые нужно было заполнить, и безучастно смотря в стену.
Их поединок не был особо ярким, но дал ему много пищи для размышлений.
Прежде всего, Санни вспомнил, что такое настоящее Наследие. С годами он забыл, с каким благоговением и почтением обычные люди относились к далёким и могущественным Кланам Наследия — суровой касте воинов, производившей на свет самых лучших и доблестных чемпионов человечества. Они существовали исключительно для борьбы с Заклятием Кошмара… или, по крайней мере, должны были.
Его нельзя было винить — Санни сам стал чрезвычайно сильным и пересекался с самыми разными могущественными существами, от древних Святых до Титанов. Он даже имел связь с такими божествами, как Ткач, Незер и Надежда. Неудивительно, что грозная репутация Наследий несколько померкла в сравнении с ними.
Но кланы Наследия, и особенно три Великих Клана, по-прежнему оставались авторитетами в плане личной силы и боевого мастерства. Они ни в чём не уступали древним Пробуждённым прошлого, а во многих отношениях даже превосходили их… в самых важных из них. Наследия — и, соответственно, все современные Пробуждённые — были гораздо более суровыми, гораздо более решительными и гораздо более закалёнными, чем люди из древних времён.
Это объяснялось тем, что кланы Наследия были созданы в гораздо более адском мире. Они возникли, чтобы противостоять Заклятию Кошмара, и под его страшным давлением превратились в силу, с которой нужно было считаться.
Морган напомнила Санни об этом.
Не случайно два самых опасных человека, которых он знал, — Нефис и Мордрет — были порождены культурой Наследий. Среди них троих Санни был исключением.
Это наводило его на вторую мысль… о его собственной силе. Санни солгал бы себе, сказав, что не расстроился из-за поражения. Даже если он понимал, что поражение гораздо выгоднее для достижения его целей, какая-то маленькая и неразумная часть его сознания всё равно желала победы.