рена уголовная ответственность вплоть до тюрьмы. Таким "ходокам" я принципиально никогда не даю денег. Сидела бы где-нибудь в переходе - другое дело. Хотя я и в переходах не любил сорить деньгами. Я вообще достаточно экономный человек. - Хорошо, что ты ей ничего не дал, - учил меня уму-разуму мангальщик. - У нее трехкомнатная квартира в центре города с нуля обставлена, и сын на "Мерсе" разъезжает. Мне мало верилось, что старуха обладает таким состоянием, но что она живет лучше меня я не сомневался. Сколько денег она вот так за час настреляет? А сколько я за тот же час пропью и проем? Спустя некоторое время вино закончилось. - Может еще подкупим? - предложил я Андрею. В кратчайшее время мы сходили в павильон и докупили еще три бутылки сухого вина. При ходьбе в животе плескалось и булькало. Но это было даже приятно. От хорошего мясца желудок поет и радуется. Когда мы вернулись, то взяли еще по шашлычку. Теперь мы пили вино на троих - я, по доброте душевной, подключил к этому нашего мангальщика. Когда вино закончилось, а в ногах появилась усталость, я внезапно вспомнил про Александра. Он работал фотокорреспондентом в одной из городских газет и был очень радушным хозяином. У него в лаборатории всегда можно было пропустить по стаканчику. - Поехали, - позвал я Андрея. - Маме надо лекарство купить, - напомнил мой окосевший друг. - Не волнуйся, все будет хорошо! - заверил я его. С пустыми руками к Александру не поедешь. А пил он только водку. Поэтому прежде чем поймать такси, я зашел в магазин и купил две бутылки "кристалловской" водки. Она, конечно, была дороже в два с лишним раза, зато с нее не болеешь на утро. Немного подумав, я прикупил еще чакушку армянского коньяка. Но это так - для шика. Потому и взял немного. Александр оказался на рабочем месте. Немедля, мы разлили коньячок по стаканам. Напиток оказался достойным. Только жалко было, что его так мало. Но с другой стороны, я не мог себе позволить таких трат. На одном коньяке можно разориться. А моя цель была сэкономить деньги, чтобы отложить что-то на всякий случай. Впрочем, сто долларов я уже купил и был относительно спокоен этого. В ход пошла водка. - Фотографировал я заезжего генерала для газеты, - хвастался Александр, так он обещал мне показать хранилище золотого запаса России. Целый бункер слитков. - А я думал, что золотой запас хранится в Москве, - вяло возразил я. - Не только. Он разбросан по всей стране. Почти в каждом крупном городе имеется свой золотой запас. - Наш-то, наверное, весь растащили еще лет десять назад. - Не скажи. Запасы еще довольно приличные... - Насколько приличные? - На наш с тобой век хватит, - успокоил меня Александр. К нему в фотолабораторию постоянно заходили какие-то знакомые и исправно остограммивались. Я не возражал, так как был уже пьян. А когда я пьяный, то щедрый. Чего отраву жалеть? - Мне домой надо идти, - извиняющимся тоном сказал Александр, когда водка безвозвратно закончилась. - Мы тоже пойдем. Я не любил долго сидеть в одном месте, тем более когда нечего было пить. Нет ничего более бессмысленного. Домой почему-то не хотелось, и я вспомнил, что давно не заглядывал к приятелям в одно рекламное агентство. Разбудив прикорнувшего Андрея я неуверенной походкой двинулся к дверям. На улице вечерело. Прохожие спешили после трудового дня по своим домам. По прежнему светило весеннее солнце, и лужи превратились в ручьи. Меня же волновало совсем другое. Неудобно было показываться на людях в нетрезвом виде. Почему-то прохожих я всегда стесняюсь больше, чем своих близких. Поэтому, несмотря на то, что до рекламного агентства были два шага, я все же взял такси. - А у меня денег нет. Командуй сам, - это единственное, что произнес Андрей на протяжении пути. Про лекарства он больше не вспоминал. Чтобы не болеть с похмелья, я решил не смешивать напитки и вновь взял две бутылки кристалловской водки. Вдруг захотелось съесть еще один шашлык. Но это было нереально. Базар уже закрылся. Зато воспоминание напомнило мне о том, что не мешало бы под водочку взять закуски. Я взял две банки зеленых оливок с косточками. Между прочим очень рациональная закусь. Чтобы закусить полстакана водки, достаточно одного оливка. При этом выглядит это солидно - не какая-нибудь килька в томате. В рекламном агентстве все нужные мне люди были на месте. Впрочем, помню произошедшее там я смутно. Кажется, пару раз еще бегали за водкой. Бегали сотрудники, а я только давал деньги. Некоторое время подремал на диванчике для посетителей. Запомнилось только, как Андрей облевал факс, после чего с чувством исполненного долга завалился спать. Убирать блевотину снарядили секретаршу. - Все будет хорошо! - успокаивал я ее заплетающимся языком. Далее наступил долгий провал в памяти. Многие люди, оправдывая свои непредсказуемые поступки в нетрезвом виде, ссылаются на то, что ничего не помнят. Но ведь это не оправдание. Не надо было напиваться! Я вот, например, даже если не могу вспомнить чего натворил, никогда этого не стесняюсь. Человек я не агрессивный, может быть лишь чуть-чуть нудный. Скрывать мне нечего. Когда мне было десять лет, я стал главным действующим лицом несвойственной для моего возраста истории. До сих пор не могу понять как такое пришло в мою детскую головку. Я жил на базе отдыха и занимался тем, чем обычно там занимаются дети моего возраста: купался в озере, загорал на пляже, катал шары в биллиардной и подглядывал за женщинами в туалете. Других занятий у меня не было. Естественно, меня бы не отправили на базу без взрослых. Жил я в домике со своим дядькой, незадолго до этого вернувшимся из армии, да с его армейским другом. Дембеля решили отдохнуть на природе до того, как устроятся работать на родной завод. Распорядок их дня был тоскливо-однообразным. Каждое утро они собирались ловить рыбу, но по причине того, что накануне вечером хорошо загружались водочкой, рыбалка регулярно отменялась. Каждый вечер они брали у лодочника весла, а на следующий день отдавали их сухими. Просыпались они к обеду, готовили еду, главным образом чтобы покормить меня, купались, лечились пивом, а к вечеру вновь переходили на водку. В один из дней в соседний домик заселились две миленькие девушки. Это событие не осталось незамеченным прежде всего моими воспитателями. Весь день они вертелись вокруг юных особ, застенчиво заговаривая с ними и отпуская неумелые комплименты. Но к вечеру победила водка. Оба нажрались, завалились спать и, как обычно, проспали рыбалку. На следующий день я решил их разыграть. Когда они встали со своих кроватей с помятыми физиономиями, я их спросил, помнят ли они, что творили накануне вечером. На лицах воспитателей было недоумение. И тогда я добил их, сообщив, что вечером они грязно приставали к соседкам, а под занавес бегали голыми у них под окнами. Услышанное было для них шоком. Ничего подобного они не помнили. После они какое-то время стеснялись показываться из домика. А когда настало время готовить обед и в кухне они столкнулись со вчерашними знакомыми, то на моего дядю и его друга вовсе нельзя было смотреть без сострадания. Настолько несчастными они выглядели. В конце концов я сжалился над незадачливыми кавалерами и раскрыл им свою маленькую ложь. Как они меня тогда не поколотили - до сих пор не пойму. Видимо у них просто не было на это сил. А я бы на их месте так и поступил. Если бы был в состоянии... Так что иногда с пьяными провалами в памяти все-таки шутки плохи. Но вернемся к рассказу. Очнулся я у каких-то огромных железных ворот. Внутри надрывались лаем собаки. Часы показывали что-то около полуночи. Самое интересное, что я был не один. Со мной был Олег - местный бард. Точнее, наверное, я был с ним, потому что хотя он и был пьян, но все же не настолько как я. Каким-то образом я сообразил, что встретились мы в рекламном агентстве. - А где Андрей? - Он неподъемный. Остался спать в офисе. - Лекарство так и не купил. - Какое лекарство? - не понял Олег. - Мы же взяли... Он показал бутылку вина. Я вспомнил, что звонил своему знакомому, который ночью работает в охране Колхозного рынка, хотел зайти к нему в гости и угостить. Но окружающая действительность подсказывала, что мы находились возле Центрального рынка. Мне все это надоело. - Пойдем отсюда, - сказал я. Идти-то, собственно, было некуда. Абсолютно никаких идей. Олег распечатал вино и мы сделали по несколько глотков. - Может куда-нибудь к бабам? - неуверенно предложил я. Женщина мне была не нужна. Да я был и не в силах. Мозг из последних сил делал усилия, чтобы удержать меня на ногах. На большее мой организм вряд ли был способен. Говорят, что самые наглые приставалы к женщинам - это импотенты. Возможно. Когда ничего не можешь, то хочется продемонстрировать что ты в состоянии. - Есть у меня знакомая шлюха в гостинице, - поделился Олег. - Можем попробовать застать ее. - А если не получится, пойдем в "Деревянный кий". - Это после... На всякий случай мы направились в нужном направлении. Ноги плохо слушались. Тело было усталым и проспиртованным. На следующей улице нас окликнули несколько беспризорников. Их было человек пять. Старшему около двенадцати лет, остальные еще моложе. Спрашивали, конечно, закурить. Расщедрившись я дал три сигареты. - Дядя, травки не надо? - спросил старший. Про себя я окрестил его "бугром". Похоже, так оно и было. - Травки мы не хотим, - ответил я. - А вот вином можем угостить. - Спасибо, - старший взял бутылку и сделал глоток, потом передал ее своему приятелю. Другим он даже не предложил. - Чего же у вас кроме травки ничего нет? - начал я воспитывать бугра. Надо иметь полный ассортимент. Сейчас без ассортимента никак нельзя. Я немного подумал. - А девочки у вас есть? - Нет. Похоже главному было неудобно перед своей компанией, ведь он чего-то не предусмотрел. Хотя вопрос понял именно в том смысле, в котором я его задавал. - Непорядок! Чего же вы бизнес прибыльный теряете? - глумился я. - Сейчас бы подзаработали малость. - А может вон те подойдут? - бугор указал через дорогу. На противоположной стороне улицы стояло несколько девушек. По виду студенток. - Эти вряд ли, - засомневался Олег. Неспеша подошли к гостинице. Вопреки ожиданию, дверь была заперта. Мы двинулись к коммерческому киоску. За ним я увидел двух молоденьких женщин. - Может этих склеим? - предложил я Олегу. Внезапно к дверям гостиницы подъехал милицейский УАЗик. Откуда он появился трудно было сказать. Не было, не было и сразу есть. Вот какие штуки с наблюдательностью выкидывает немереное количество выпитого спиртного. А через несколько мгновений из дверей гостиницы выскочила молоденькая девушка и сразу же остановила проезжавшую машину. Заприметив нас, она махнула рукой, прокричав: - Садитесь скорей! - Это та самая, - прошептал мне на ухо Олег. Происходящее отдавало какой-то нереальностью. Стоило подумать о знакомой проститутке Олега, как она тут же появилась, как черт из табакерки. Лучше бы мы подумали о чемодане денег или хотя бы бутылке виски "Джонни Уокер". - Как тебя зовут, нежданная-негаданная ты наша? - спросил я. - Юля, - коротко ответила проститутка. "Что ж, имя вполне подходит к профессии", - решил я. Проститутка была невысокого роста и чем-то напоминала только что вылупившегося цыпленка. Виной тому была ее голова: круглая, как бильярдный шар, с короткими, даже очень короткими вялыми волосами лимонного цвета издержки гидропирита. На вид ей было лет девятнадцать-двадцать. Возле оперного театра Юля остановила машину. - Быстро выходите, а я с водителем договорюсь, - велел цыпленок. Мы с Олегом вышли из машины. Через пол минуты к нам присоединилась Юля. Частный извозчик немедленно уехал. Проститутка куда-то потащила нас через сквер. Причем меня она держала за руку, как более пьяного. Я поскользнулся и упал коленями в грязь. - Ну вот, теперь брюки стирать надо. - Я тебе все сделаю, - успокоила Юля. - Все? - в моем голосе звучало недоверие. - Все, что пожелаешь... Бывает так, что по интонации малозначащих слов, по тому, как они сказаны, легко угадываешь истинный подтекст. Голову даю на отсечение, Юля предлагала мне миньет. Я на секунду остановился и в красках представил, как это будет выглядеть: большой цыплячий шар, сосредоточенно чмокающий в районе моей ширинки. Какая мерзость! Короче говоря, "всего" мне не хотелось. Целью номер один было помыть коленки. И эта цель затмивала все остальные. А тут еще хлынул дождь. - Пойду отолью, - поделился Олег и скрылся в темноте. - Так и будем стоять или пойдем куда? - спросила проститутка. Я с тоской посмотрел на бильярдный шар лимонного цвета. В мозгу пробудились ассоциации. - Можно поехать в бильярдную "Деревянный кий". Секунду спустя Юля останавливала невесть откуда взявшуюся здесь машину. - Чего стоишь, поехали скорее! Надо было забрать Олега. Не мог же он отливать целую вечность! - Олег! - надрывался я в тишине ночного города. Никто не отзывался, только по-прежнему лил дождь. - Поехали, - сказала Юля. - Вы с ним собирались в бильярдную? - Вроде бы... - Пешком дойдет. Тут рукой подать. Я сел в машину. Несмотря на очень позднее время, бильярдная была переполнена. Лишь возле одного столика было два свободных стула. Два других занимали мужчины средних лет в костюмах и при галстуках. Снимая куртку, я старался выгнуть ноги коленками внутрь, чтобы соседи по столику не увидели грязь на штанинах. Впрочем, они в основном смотрели на мою спутницу. - Тебе что взять? - спросил я Юлю. - Джин с тоником. - Тут пиво хорошее есть. - Не хочу. Джин с тоником сойдет. - Как знаешь. Я двинулся к бару, на ходу доставая деньги. - Джин с тоником, арахис и одно темное пиво. А вот наличности у меня оставалось мало - меньше ста рублей. Прикинув возможные траты я достал сто долларов, которые днем купил в обменном пункте. Бармен понимающе на меня посмотрел и вернул сдачу в рублях. Чем удобно было в "Деревянном кие", здесь всегда можно было разменять баксы. Правда, по сильно заниженному курсу. Зато в кармане у меня существенно прибавилось рублей. Когда я вернулся за столик, мужчины ненавязчиво обхаживали мою проститутку. Надо ей отдать должное, относилась она к знакам внимания довольно прохладно. - Знаешь какими деньгами ворочает Вася Киселев? - восклицал один из мужчин. - Ворованными, - встрял я. - Почему ворованными? - растерялся мужчина. - Он крупный бизнесмен, хозяин нескольких заводов. - Вор он крупный, - отрубил я. - Фанерный новый русский, ваш Вася Секилев. Я с наслаждением исковеркал фамилию. Василий Киселев был крупным бизнесменом. Начал он свою трудовую деятельность на овощной базе после окончания торгового института, где ему привили первичные воровские навыки. Про махинации с овощами сознательный люд наслышан. Но вскоре заведовать гнилой картошкой ему наскучило. Тогда Киселев устроился директором известного в городе ресторана. Вечерами за служебным столиком его тонкая интеллигентская душа познавала уголовный мир, общаясь с тонкой криминальной прослойкой общества. Закладывались основы будущих деловых связей. После перестройки Киселев по-быстрому приватизировал вверенный ему ресторан, благо было на что. А заодно еще парочку кафешек. Особо не напрягаясь, построил колбасный цех. Это был пик его нелегкой карьеры. Затем фортуна от него отвернулась. Братушки, с которыми к тому времени Киселев был беспросветно повязан, тактично порекомендовали ему купить машиностроительный завод-гигант, находящийся в анусе. Криминальным структурам нужен был дурачок, чтобы пользуясь его именем распродать остатки завода налево. Василий Киселев не желал быть дурачком, но завяз к тому времени капитально. Отказать братве он не мог. Если изнасилование неизбежно - расслабься и наслаждайся. "Помирать - так с музыкой", - решил Киселев и ради наслаждения прикупил себе музыкальную радиостанцию. Надо же, чтобы кто-то восхвалял тебя. Впрочем, эпизоды биографии Киселева соседям по столику я не приводил. Мои аргументы были просты и доходчивы, учитывая выпитое мною за последнее время. Типа, "сам дурак". Что меня слегка расстраивало, так это то, что Юля не обращала никакого внимания на шедевры моего ораторского искусства. Взгляд ее был обращен в сторону бильярдных столов - она изучала потенциальных клиентов. А чем я плох, как клиент? Видимо, отсутствием явного желания. А пиво и джин с тоником за разговором текли рекой. Я лишь ненадолго отлучался в туалет и вновь вступал в спор. В половине четвертого ночи официант предупредил, что заведение скоро закроется. Мы с Юлей вышли на свежий воздух. - Самое время ехать в гости, - заметил я. - Куда? - Можно к Антипову. Юля скривила губы. Судя по всему данная семейка была ей знакома. - А что? Нормально! - успокоил я. - По крайней мере там примут в любое время. Бильярдный шар пошел останавливать машину. - Все будет хорошо! - по привычке произнес я. Вовка Антипов был великим художником. Причем сам этого не скрывал. Так и гов