— Не по-лу-чит-ся, — хихикнул Мэллин. — Такие подлюки всегда подстраховываются.
— Что? О чем ты? Принц Мэллин, может быть, вы перестанете, э… Может, вы все поясните для нас, простых бессмертных? — снизошел до просьбы Ллвид.
— У него блок на смерть, неужели не понятно? Он же у него на лбу нарисован!
Все волки, и Ллвида, и Майлгуира, уставились на лоб хранителя так, словно там и впрямь было что-то нарисовано. Хранитель дернул плечом, видно, лоб определенно зачесался, но руки его были крепко связаны бечевкой и обмотаны поверх серебристой цепочкой, очень похожей на пояс принца. Видимо, Мэллин не пожалел своего. Зато и лишил хранителя возможности пользоваться толикой магии.
Мэллин надул щеки, заложил руки за спину и прошелся с важным видом.
— У короля заживи, у королевы заживи, у хранителя заболи! — весьма довольно произнес он и ткнул указательным пальцем в лоб хранителю. Тот отшатнулся и оскалился.
— Уберите от меня этого… этого… паяца!
— Достопочтеннейший Ллвид, вы позволите мне продолжить? — поклонился Мэллин.
— Дозволяю, — сквозь зубы уронил белый волк.
Мэллин сверкнул улыбкой так, что ледяные шапки определенно начали подтаивать.
— Угрюм, знаешь ли, предан тебе, брат. Очень предан. Он потратил день, обыскивая свой дом, его окружение, тот водопад, где вы были — и выискал брешь, через которую проникли враги.
— Друиды? — выдохнул Антэйн.
— А-ха-ха! — показательно рассмеялся Мэллин. — Если я надену серый балахон и завою «отдашь ли ты свою жизнь за любо-о-овь», — провыл он с должным старанием, — то я все равно не стану друидом. При всей к ним моей страстной и взаимной ненависти.
— Но они замешаны? — спросил Антэйн.
— Ра-зу-меется! — развел руками Мэллин. — Кто еще мог предложить нашему дорогому хранителю подобное?
— Я стремлюсь только к равновесию, — проронил хранитель и вновь замкнулся в своем молчании.
— Мэллин, ты знаешь, где искра жизни Мэренн? — спросил Майлгуир.
Мэллин выхватил из ножен каменный кинжал.
— Ой! Ой-ой-ой! — перехватил рукоять и уронил его на пол. — Какая беда! Это именное оружие королевской семьи одного Дома Благого Двора! Я не могу дотронуться до рукояти! Но что это? Смотрите!
Волки и так смотрели во все глаза.
— Наш клинок ползет к тому, кто замешан в этой истории больше всех! Кто напитал его магией! Кто перерезал горло не уснувшему волку? Волку, который не пил сонное вино?
Каменный клинок, блеснувший черным в свете солнца, пополз в сторону пятящегося хранителя, поднялся на уровень сердца.
— Этот клинок выпьет не только кровь, но и душу. Он уже выпил одну, но только распробовал вкус крови. Правда, Джаред кое-что успел выведать у несчастного волка уже после смерти. К примеру, кто подговорил его отравить питье в доме Угрюма…
— Абигил! — взвизгнул хранитель, когда клинок остановился на уровне глаз.
Кинжал упал на землю.
Мэллин быстро подобрал его рукой, обернутой в серебристый шарф Дома Волка.
— Каменная принцесса, единственная наследница трона! — торжествующе произнес он. — Жаль, не дом Леса, у меня к ним больший счет. А подле Угрюма как раз замечательный скалистый кряж. Можно войти и выйти, если договориться с камнем. Дом Камня спит и видит, что Абигил, «радующая отца», станет королевой Майлгуира. Правда, — раскланялся Мэллин перед Мэренн. — Они немного запоздали… Однако искра души нынешней королевы, я почти уверен, в каменных ладонях не случившейся.
— Абигил может быть где угодно, — обронил Майлгуир. — Где искать ее?
— Может быть где угодно, но письмо она пристала мне из Драконова хребта, — достал Мэллин из-за пазухи сложенный конверт. — Первая любовь, знаете ли, не ржавеет.
— А если до Дома Камня донесется слух о том, что к ним едет сам владыка Светлых земель, то…
— Они будут ждать нас, — выговорил Майлгуир.
— Камни, брат, — показал Мэллин голыши. — Они — свидетельство магии Дома Камня. Да и кинжал приметный. Так что доказательства у нас есть.
Он, до этого двигавшийся с рассеянной грацией паяца, выпрямился и стал тем, кто есть. Не куклой, а кукловодом. Пусть его действия по большей части раздражали окружающих, но за смехом и шуточками у Мэллина всегда стояло что-то важное.
— Ллвид, — обратился Майлгуир к старейшине.
— Я дам лошадей и припасы. Здесь задеты мои люди, моя честь и моя кровь, — сквозь зубы выговорил Ллвид. — Уведите хранителя, — бросил он своим волкам. Те подхватили хранителя под руки и поволокли ко входу в каменную обитель.
— Как ты это сделал? — шепотом спросил Майлгуир у брата. — Этот фокус с ножом? Он ведь и правда выпивающий душу.