— Ну, теперь начнется, — с глубоким вздохом произнес Лагун.
— Что? — испуганно спросила Мэренн.
— Вон, твердят уже, как и когда полезут, — махнул тот рукой в сторону перешептывающихся молодых волков. — Это нашему королю все нипочем. Я прошу вас по прибытию в Черный замок издать указ, запрещающий пытаться одолеть Змеиный зуб.
— Хорошо бы, чтобы было нипочем, — тихонько ответила Мэренн, пораженная, что ей еще и приказ теперь надо издавать.
— Кайсинн! — раздался женский голос, и Мэренн обернулась к подошедшей волчице. — Моя королева, он правда здесь? Он ведь не пришел с патруля. А мне приходили… — и всматривалась она так, словно хотела получить ответы на все вопросы.
Мэренн очень хотелось закричать, что она ничего не знает, что ей самой до ужаса страшно, но она ответила тихо, вглядываясь в запавшие глаза:
— Я надеюсь, Гердис. И ты надейся.
— Вот они! — зашевелились волки, и все взгляды вновь устремились на самый пик, немного изгибающийся влево.
Один, второй, третий… четвертый! Все черноволосые, в одинаково серых плащах, развевающихся на ветру. Только Майлгуир повыше прочих, а Мэллин — пониже. Он помахал руками, показал наверх, а потом вниз — и широко развел их в стороны.
— Что это? Что это значит?! — испуганно цепляясь за Мэренн, спросила Гердис.
Лагун утвердительно кивнул — и четверка полезла еще выше.
— Да куда же они? — не выдержала Мэренн. — Вы знаете?
Лагун что-то тихо скомандовал стоящим рядом волкам, и те побежали обратно в дом.
— Спускаться сейчас по скользкому склону — гиблое дело.
— Конечно, забираться на самый пик — лучше! Они же не птицы, чтобы слететь!
— Змеиный зуб, моя королева, назван не просто так. Посередине, на самом верху, имеется площадка, где собирается талая вода. Края более твердые, а вот середина…
Мэренн, закинув голову, смотрела, как четверка волков понемногу ползет все выше и выше — и пропадает на самом верху.
— А в середине есть более мягкие породы, словно нерв в зубе. Вода промыла в них путь внутри пика. Хорошо, что Антэйн это знает.
— Но почему они по нему не забрались?
— Забраться невозможно. Спуститься трудно, но это лучше, чем вновь слезать…
Гердис прижалась к Мэренн, неожиданно ощутившей себя самой спокойной.
Прибежавшие от домов волки расстелили длинное покрывало, подхватили каждый за свой конец и растянули внатяг.
— Выход из этого лаза находится в двух десятках локтей, вон там, — показал Лагун на склон, но как Мэренн не вглядывалась, не увидела ничего, похожего на выход. — Можно серьезно покалечиться.
Из темноты донеслось шуршание, хохот, искажаемый эхом — и из указанного Лагуном места вылетела юношеская фигурка. Мэллин перевернулся в воздухе и упал спиной на подставленную материю. Подскочил с земли, весь мокрый и грязный, однако смотрел довольно и улыбался от уха до уха. Волки тут же вновь растянули материю.
— Как же тут весело! Надо как-нибудь попробовать еще раз!
— Ну уж нет! — в голос вскричали Мэренн и Гердис.
— Он жив? — тревожно спросила Гердис.
— Жив и почти здоров! — рассмеялся Мэллин и зашипел: — Перчатки мои только умерли, и сапоги лишились подошв.
— Покажи-ка ладони, — попросила Мэренн.
— Ага, я тебе покажу, а ты тут же причитать начнешь! — спрятал руки за спину Мэллин. — Сами пройдут. А вы тяните, тяните!.. — обратился он к волкам.
Последним приземлился волчий король. Гердис уже обнимала своего супруга, что-то ему сердито выговаривая. Антэйн слабо улыбнулся Мэренн и отошел следом за Лагуном. Мэренн ничего не ответила — к ней подошел Майлгуир. Сердце предательски затрепетало, Мэренн прикусила губу, еле сдерживая слезы, только сейчас поняв, как сильно и отчаянно она волновалась. Не предупредил, ничего не сказал, просто, как обычно, решил все за всех! Мэренн вытерла лоб и щеки своего волка, глядевшего непонятно и странно. Сердитые слова остались непроизнесенными и мгновенно растаяли, потому что ее сгребли в объятия и зацеловали.
— Сегодняшнюю ночь мы проведем в Укрывище, — произнес Майлгуир, оторвавшись от Мэренн.
— А Кайсинн, как он? А… Гранья?
— Я его обнимаю! — воскликнула Гердис, обернувшись к Мэренн и Майлгуиру. — Я его обнимаю, а он не вздрагивает! Благодарю вас, мой король! Если вам нужна будет моя жизнь…
— Не надо разбрасываться жизнью, — тяжело произнес Майлгуир. — лучше используйте ее во благо, пока не закончился Лугнасад. Гранье смерть уже не грозит. Пойдем, — позвал он за собой Мэренн.
Та поднесла к лицу окровавленные ладони, только что сжимавшие плечи Майлгуира — и мир завертелся перед глазами, полыхнул мириадами огней, а потом и вовсе померк.