— Это моя вина, — извиняющимся тоном сказал Бел Цитрус. — Вы в порядке?
— Ничего страшного, преподаватель Цитрус. Я цел.
Йон Вереск поискал глазами Иву в толпе и, найдя, подошёл к ней.
— Впечатляющий щит.
— Мне очень жаль, что так вышло. Я пыталась закрыть всех нас, но вихрь появился так внезапно, — начала она оправдываться, нервно теребя косу.
— Как ваше имя? — прервал её Вереск.
— Ива Лавр.
— Ива Лавр, — повторил Йон, улыбаясь. — Вам случайно не говорили, что вы приносите неприятности, Ива Лавр?
Ива не знала, что ответить, и опустила глаза. Потом Нарчис и Меркурий пожали друг другу руки — на этом дуэль и закончилась.
Вечером Ива присоединилась к друзьям в библиотеке. Норма конспектировала учебник по метафизике, а за соседним столом Меркурий, Кедр, Орион и Лилия обсуждали свой грядущий проект по географии. Однако Меркурий постоянно отвлекался, вновь и вновь возвращаясь к теме того, как Йон Вереск сегодня спас ему жизнь. Он был в ещё большем восторге от преподавателя, чем раньше, и отмечал математическую точность его преобразующего заклинания. Ивин кристалл блеснул розовым блеском, и она прочитала сообщение от Нарчиса: «Домашнее по математике обсудим завтра. Приходи в мою комнату в общежитии в одиннадцать». Она отправила ответное сообщение, собрала свои учебники и попрощалась — в комнате её ждала книга о маскирующих заклятьях. Наслушавшись восторгов Меркурия, Ива читала до четырёх утра, пока сон окончательно её не сморил.
Глава седьмая, в которой Ива и Нарчис разрабатывают план
На следующий день Ива отправилась в общежитие, в котором до этого ей бывать не приходилось. Трёхэтажное здание стояло на кампусе обособленно, и у студентов там были не комнаты, а небольшие квартиры. Обычно в этом общежитии селились дети богатых родителей либо старшекурсники, которым нужно было уединение, чтобы сосредоточиться на диссертации. Ива поднялась на второй этаж, с удивлением отмечая, что не чувствует привычных запахов готовки или мокрого белья. Вокруг было чисто и тихо. Звук её шагов гулко разносился по полутёмному холлу, и Ива обрадовалась, когда Нарчис наконец открыл дверь.
— Что успела найти по заклинанию? — Нарчис предложил гостье кресло, которое стояло у письменного стола. Сам он притащил себе стул из кухни. В его комнате практически не было мебели: узкая кровать, стол, шкаф и стеллаж с учебниками. На полу не было ковра, а на окнах — занавесок. Ещё на первом курсе Ива, благодаря уменьшающему заклятью, перетащила в общежитие половину вещей из своей комнаты дома, стараясь как можно уютней обустроить своё временное жильё. Здесь же обстановка была почти настолько же унылой, как и в холле.
— Не очень много, если честно. Я выяснила, как создать цепочку чар, которые могут поменять рост, вес и даже пол человека, но побоялась испытывать на себе. И от этих заклинаний должно очень сильно фонить. Если ни преподаватели, ни охранники не чувствуют посторонней магии, значит, Арктус тратит много сил на то, чтобы её заглушить. Со временем заклинание истончается, его надо поддерживать и накладывать заново. И всё это — ежедневно на глазах у сотен людей.
— Но мы же видели, как он преобразовал тот смерч, — заметил Нарчис, пощипывая переносицу. — Такое превращение под силу только очень сильному магу.
— Да, но чем сложнее цепочка заклинаний, тем проще она распадается. По крайней мере, так написано в книге.
— И что ты предлагаешь?
— Может, попытаться повторить цепочку Арктуса и найти ее слабые места...
— Стоп-стоп, наивная деревенская девочка, — Нарчис даже руками всплеснул. — Мы не сумеем в точности повторить заклинание другого волшебника, если там учитываются такие параметры, как рост и вес. Кроме того, такое изучают не раньше четвёртого курса и то на специализации. Нам до такого уровня как пешком до луны. Не проще ли будет обнаружить заклинания? Если мы сумеем доказать, что Йон Вереск заворачивается в сеть чар, то охрана обязательно захочет выяснить, для чего он это делает.