Для студентов проживание на кампусе было обязательным, а учащихся первых двух курсов отпускали домой только на одни выходные в месяц. Поначалу Иву сильно расстраивало это правило, но, когда началась учёба, она поняла, что в нём есть и здравое зерно. Уроков было много. Каждый преподаватель задавал на дом столько, словно считал свой предмет единственным в расписании. Первокурсники все вечера проводили в библиотеке, а иногда и спали там. А если у кого и было свободное время, то на кампусе существовало огромное количество научных клубов и кружков по интересам.
За год Ива ближе всех сдружилась с Меркурием, который скоро стал одним из лучших студентов на курсе, и весёлой и взбалмошной Нормой. Иногда к ним присоединялся хмурый темноглазый Нарчис. С ним практически никто не общался. Будучи из семьи, приближённой ко Дворцу, Нарчис был избалованным и капризным. Поначалу он пытался манипулировать другими студентами, из-за чего капитально испортил со всеми отношения. Кроме того, на третьем курсе учился его двоюродный брат Барба — долговязый и нескладный юноша с грубыми чертами лица. Барба нередко зло подшучивал над Нарчисом, и того стали избегать из-за кузена. Однако Ива видела его ярко-жёлтую магию и чувствовала в ней доброе начало. Поэтому, когда Нарчис оказывался без партнёра для выполнения задания, этим партнёром чаще всего становилась Ива. Она научилась игнорировать его колкости, замечания о её внешнем виде, манерах и уме. Ива привыкла заботиться о многочисленных соседских животных. Почему бы ей не позаботиться и о Нарчисе. Она на него не обижалась точно также, как не обижалась на бодучих коз или брыкающихся ягнят.
Училась Ива прилежно. Однако был один предмет, который ей не давался — предсказания. Хотя материал включал в себя и такие серьёзные вещи как астрологические расчёты, чтение судьбы по руке и таро, преподавательница Локуста много времени уделяла аурам, видениям и ощущениям. Ива неплохо составляла натальные карты и гороскопы, но проваливала упражнение за упражнением, которые требовали хоть немного «интуиции». Локуста, чья магия была какого-то космического тёмно-фиолетового цвета, называла Иву безнадёжной. Иве же в свою очередь не нравилась Локуста, которая, казалось, воплощала в себе все предрассудки об интуитах: она носила длинные цветастые балахоны, высокие тюрбаны и столько украшений и амулетов, что при каждом её движении раздавался мелодичный звон.
Но если с предсказаниями у Ивы не складывалось, то она от души полюбила историю. И не столько из-за самого предмета, сколько из-за того, кто его вёл. Преподавательница Роза Эльба пришла в Университет только в этом году. Поговаривали, что прежде она работала во Дворце, чуть ли не с самими дожами, однако, по какой-то причине была вынуждена оттуда уйти. Магия у Розы Эльбы была тёмно-синей, но не холодной, как у Этны, не отстранённой, как у Локусты, а бурной и живой, словно море. И в самой её глубине — Ива это точно знала — таилось какое-то беспокойство, затаённая боль. Но Роза Эльба искусно прятала её за улыбками и всегда казалась бодрой и неунывающей. К тому же, она действительно любила свой предмет. Нередко Роза Эльба настолько увлекала студентов рассказами о войне полисов или экономике средневекового Грая, что они сидели, заворожённо слушая волшебницу и забывая записывать.
Первый учебный год Ивы в Университете подходил к концу, когда случилось невероятное — заговор против Главного дожа.
Глава вторая, в которой Главный дож делает официальное заявление
Граем управлял Совет дожей, в который входили одиннадцать дожей-аристократов и верховный правитель — Главный дож, почтенный и уважаемый Оникс Эверест. Ива готова была поклясться, что перед заговором напряжение на кампусе нарастало. Несколько старшекурсников и даже молодых преподавателей делали туманные намёки о том, что скоро всё изменится и обменивались многозначительными взглядами.
Учащиеся в целом не придавали этому большого значения, однако Ива видела, как крепнет беспокойство в глубине магии Розы Эльбы. И хотя в газетах, которые она внимательно читала, не было никакого упоминания о проблемах во Дворце, Ива внутренне готовилась к худшему. И худшее произошло. В одно прохладное утро занятия отменили, а студентов попросили вернуться в общежития. Учащиеся гадали, что же случилось. Ходили слухи о бунте, о попытке свергнуть Главного дожа, которая, к счастью, потерпела поражение, о том, что ко Дворцу стянули армию.