Интересно, какие только глупости не сохраняет наша память. Ведь как только я сдала тот злосчастный реферат, так не то что про мышечную систему птиц ни разу больше не вспоминала, так вообще о птицах особо не думала, если только в кулинарном аспекте.
Кажется, мой гость сам впечатлен оказанным эффектом. Вот так и стоим. Смотрим друг на друга.
Шумный вдох мужчины помогает очнуться.
- Ванная – там, - я машу рукой в сторону коридора. – Секунду, сейчас достану полотенце, - воспользовавшись предлогом, отхожу в сторону от прямого неподвижного взгляда. Подальше, насколько это возможно в моей не слишком большой комнате, от мощной фигуры, практически полностью заслоняющей громоздкий сервант. – Кстати, простите, я разрезала Вашу рубашку. Чтобы обработать порезы. Правда, она и без меня довольно сильно пострадала. Но я купила Вам футболку. Надеюсь, она подойдет по размеру…
Хороший, между прочим, вопрос. Я взяла самый большой из имевшихся в наличии размер, но, похоже, он будет мал.
Под эту словесную суету я вручаю гостю пару полотенец и футболку и сопровождаю в сторону ванной. Мужчина движется осторожно – то ли боится снести что-нибудь из мебели по пути, то ли все-таки чувствует себя хуже, чем хочет показать. Дверь в ванную закрывается с той стороны. В квартире резко становится намного больше места. Можно ненадолго выдохнуть. И заняться едой… Хотя, наверное, сначала стоит разобраться с осколками и остатками «лазарета» в комнате. Путь к сердцу мужчины, конечно, лежит через желудок, но… кто его мне предлагал? Сердце, не желудок. И еда, в принципе, стоит на столе – я, в конце концов, не подписывалась на прием высоких (в прямом смысле этого слова) гостей, чтобы все бросить и бежать сервировать стол. А вот порезаться совсем не хочется. Тем более домашних мужских тапочек у меня нет. Хотя, конечно, можно предложить гостю не снимать обувь. Но даже если гость останется целым, где гарантия, что я сама не наступлю случайно на осколок или какие-нибудь другие гости, например, завтра. Собираю на совок ошметки рубашки и ватных тампонов и достаю любезно оставленный хозяевами пылесос.
Каждый раз включаю эти адские машинки и вздрагиваю – все-таки неприятные завывания они издают. Я успела только наклониться, чтобы взять в руки шланг, как почувствовала движение на входе в комнату. Агрессивное неприятное движение. Я знаю, что ничего не могу сделать против громадного мужика, но автоматически перехватываю обеим руками пластиковую трубку пылесоса – какое-никакое подобие защиты. И поворачиваюсь в сторону двери в комнату. Мужчина застыл на входе. Кажется, даже с приподнятой, чтобы сделать шаг, ногой. И поперек себя шире. У меня, наверное, на нервной почве начались проблемы со зрением, но мне кажется, что мужчина действительно увеличился в размерах – сейчас он еле помещается в проеме двери, а выходил в ванную, вроде, нормально. Хотя куда уж дальше расти?! И взгляд человека, готового убивать. Я пару раз ловила такие взгляды, когда Олег встревал в уличные разборки. Нет, сам он их не затевал, но один раз к нам ночью прицепились пьяные придурки, а во второй он вступился за девушку, к которой кто-то пристал. В обоих случаях не было эффектных поз и серий ударов с прыжками и сальто, как показывают в фильмах или на показательных выступлениях в клубах. Только несколько коротких взмахов руки и звук дыхания, резкий неприятно царапающий слух. И взгляд. Одновременно невидящий скользящий сквозь тебя, и внимательный, оценивающий – как лучше и быстрее обезвредить, желательно надолго, если не навсегда. Особенно с той пьяной компанией – все-таки их было человек пять-шесть, и если бы кто-то из них был менее пьян и лучше подготовлен физически, то так легко бы мы не отделались. Но нам повезло. Я даже испугаться толком не успела. Вернее, испугалась, но уже не нападавших, обратившихся в бегство, а Олега – так он посмотрел. И до сих пор я еще невольно вздрагиваю, вспоминая его взгляд, хотя понимаю, что смотрел он совсем не на меня. И вот сейчас у меня в комнате стоит машина для убийства, раза в полтора больше Олега…
Рефлекторно вытягиваю одну руку вперед, ладонью вверх – как собакам при знакомстве, чтобы показать отсутствие враждебных намерений, второй прижимаю шланг пылесоса к груди. Время останавливается.
Мужчина коротко кивает головой из стороны в сторону, словно стряхивая наваждение. Его движение выводит меня из ступора, я открываю рот и выпаливаю первое, что приходит в голову: