Фары мигнули еще раз. А потом мужчина, не говоря ни слова, растворился в прибрежной темноте.
И только уже шагнув в воду, подумала, что вот сейчас-то - по закону подлости - и должен появиться Дан. А я тут практически Афродитой из пены морской буду выгребать, хотя дразнить его вот таким вот способом не собиралась. Но не возвращаться же обратно.
Плаваю я, честно говоря, не очень. Но речка очень спокойная. Вода приятной температуры, а еще, хоть и пресная, по плотности напоминает морскую - словно сама держит на поверхности. И почему-то кажется, что если начну тонуть, то Данов кулончик тоже каким-то образом поможет, по крайней мере, продержаться до прихода спасателей.
Все время пока я купалась, вытиралась и одевалась, на берегу было пусто, и даже из прибрежных кустов никто никаких звуков не издавал. Возвращаться обратно пока не хотелось. И я уселась на прибрежные камни, в позе Аленушки. Тут же вспомнилось, как когда-то вычитала, что изначально картина называлась “Дурочка Аленушка”(9). Не знаю, правда или нет, но ситуации вполне соответствует.
Глаза начали слипаться без объявления войны. Я чуть не сверзилась со своего насеста, отключившись в одну секунду - только что бездумно пялилась на воду, а вот уже мне, кажется, даже что-то начало сниться. И стало понятно, что нужно выползать обратно к фазенде - спать под открытым небом будет перебором, холодно может быть, несмотря на все драконовые огни.
И тут-то месяц и закрыла не слишком большая, но все равно внушительная крылатая тень.
Сознание опять раздваивается: одна половина предлагает быстренько куда-нибудь свалить, хотя бы попытаться, а другая… Другая просто замерла и… восхищается. В почти полной темноте виден только слегка отливающий перламутром черный силуэт. Он не летит, а скорее парит, только изредка взмахивая крыльями. Вода на реке покрывается рябью от нагнанного драконовым появлением ветра, верхушки окружающих деревьев начинают немного раскачиваться, а прибрежные кусты и камыши пригибаются практически до земли. Где-то в отдалении раздается немного испуганный стрекот местных цикад и перещелкивание то ли разбуженных, то ли ночных птиц.
Дракон на несколько секунд замирает в воздухе и по широкой спирали начинает опускаться вниз, прямо… Прямо на берег!
Я честно собиралась сидеть тихо и не отсвечивать. Все идеи, как встретить Дана и что сказать, вылетели из головы напрочь (и не то чтобы их у меня было много). Но если Дан меня не заметит, еще можно будет успеть что-нибудь придумать. И - в глубине души всколыхнулось злорадное чувство - пусть Дан понервничает, не найдя меня в доме. Хотя нет - наверняка Адад и ко доложат обстановку по дороге.
Волна, поднятая Дановым приземлением, щедро окатила меня водой, замочив чуть ли не по уши. Я вскочила, отряхиваясь как спаниэль и ругаясь как сапожник. Обернулась назад, проверить, не намокло ли брошенное на землю за моим камнем полотенце - стоять на ветру в мокром платье... И только потом вспомнила, что я здесь вроде как не одна.
Дан удачно приземлился боком к месту, где я сидела, и, среагировав на голосовые сигналы, начал было разворачиваться к источнику шума, и так и застыл в полоборота, только пригнул почти к земле голову.
Наверное, это шок или, как опять же любят писать в известного рода книгах, слабоумие и отвага - но присутствие рядом со мной совершенно нечеловеческого вида создания абсолютно не напрягает. Наоборот, становится даже как-то неприлично весело, когда Дан начинает боком пятиться куда-то в сторону и чуть-чуть назад, словно хочет слиться с окружающим пейзажем.
- Знаешь, у нас в книжках часто пишут, что главный герой пережил какую-нибудь травму… Ну, там нянька в детстве уронила… - слова вырываются сами, я не очень контролирую, что несу, - или первая любовь неудачная… А тебя эта ваша… Айла, да? Обидела… И у тебя теперь комплекс неполноценности. А мне - значит - его лечить?!
Вы когда-нибудь видели офигевшего дракона? А они есть! Если в первые разы морду Дан держал, что называется, кирпичом (особенно, по сравнению с Руадхом), то сейчас у него на лице отражается полное непонимание происходящего.
Дан делает еще один шаг назад, его но… задняя лапа соскальзывает в воду, и он взмахивает крыльями, ловя равновесие. От поднятого его махами ветра меня - в мокром платье - пробирает резкий озноб. Я на автомате накидываю на себя полотенце (слава богу, до него вода не достала!). И тут понимаю, что еще немного и я упаду прямо тут на берегу - то ли под лапы дракона, то ли в объятия Дана. Оба варианта - плохие.
- Ты как хочешь, а я - спать.
До дома я дошла на полном автопилоте - вообще не знаю, как! Как после хорошей пьянки - вот ты только что прощался с друзьями, и, и... вроде, на чем-то ехал домой, иногда не один… включение происходит или когда выходишь из ванной, не смыв с себя мыло, или уже даже под утро в собственной постели, но практически при полном параде (было со мной несколько раз такое, да - и с мылом, и с парадом).