Роза оставила этот букет на заднем сиденье и с гордо поднятой головой прошествовала в ресторан.
Каково же было ее удивление, когда за столиком слева она увидела Дину в компании из трех мужчин, явно иностранного происхождения, один из которых был солидного возраста. Ее место было рядом с Романом. И рядом с ними смущенно, вжавшись в стул, сидел молодой человек. Скорее всего студент-переводчик на подработке.
Ну, ну! Махнув подруге рукой, она сделала вид, что они не знакомы.
— Марек, мы здесь! — раздался голос откуда-то справа. Повернув голову, Роза увидела целую компанию старичков. Их, вместе с Марком Захаровичем было ровно семь.
"Ну, просто семь стариков и одна девушка", — вспомнился ей советский одноименный фильм. Правда, здесь еще находилась пожилая худая дама, на носу которой были очки с толстыми линзами. Ну, она, конечно, не в счет!
— Марек, друг, где ты отхватил такую эффектную даму? Как вас зовут, красавица? — спросил толстячок по имени Леонид, вытирая салфеткой пот, постоянно выступающий на его совершенно лысой голове.
— Роза Марковна. Прошу любить и жаловать, — зычным голосом, как в Одессе на Привозе, представилась Роза.
Все зашумели, в глазах появился юношеский огонек. Оглянулись даже те, кто сидел за другими столиками, кроме Дины, конечно. Она старательно прятала улыбку.
Целый час велись непонятные Розе разговоры на научные темы. Но когда заиграла музыка, Роза воспрянула духом. Солист ансамбля пел "Ах, какая женщина, какая женщина!", и Марк Захарович вскочил и пригласил Розу на танец.
Но его друзья тоже не могли усидеть за столиком. И скоро там осталась одна Зинаида Михайловна. Ну, та дамочка.
А Розу приглашали все по очереди: "Марек, дружок, мы тоже хотим потанцевать".
Потом по заказу была кадриль. И Роза плыла по залу, как лебедушка, выстукивая каблучками, даже у иностранца заблестели глаза. Недаром же она в детстве три года посещала кружок народных танцев. Вот пригодилось, наконец-то.
— Oh, what a beautiful woman! — произнес мужчина, пощипывая тонкие усики. Переводчик что-то промямлил. Бусы позвякивали, серьги в ушах колыхались, щеки раскраснелись. И Дина не выдержала:
— Russian women are the most beautiful, — с гордостью произнесла Диана.
Но мужчина ее уже не слышал, потому что он пересек зал и пригласил Розу на танец. Он что-то говорил ей по-английски. Она кивала головой, но естественно не понимала ни слова.
Во-первых, в школе она изучала немецкий язык.
А во-вторых, большинство уроков Роза прогуляла из-за Ваньки из параллельного класса, с которым они довольно часто сидели в спортивной раздевалке, целуясь до умопомрачения. Не до иностранных языков было тогда, а теперь об этом жалела.
— Данке шон, — скромно сказала Роза, когда мужчина прижался губами к ее руке. И к ее радости он ее понял.
Зато Роман был крайне удивлен:
— Вы, Диана, тоже загадка. Я так понимаю, вы знаете языки? — девушка пожала плечами. — Ладно, поговорим об этом в другой обстановке.
Глядя, как его партнеры посматривают на Диану, он позволил себе несколько раз обнять ее за плечи: "Еще уведут. Не хотелось бы... Игра еще не окончена".
Эта женщина сегодня стала для него колдуньей, которая заманивала в свои сети. Красивая, умная. Разве не такая ему нужна?
***
Возле черного БМВ стоял Вадим Петрович и наблюдал за всем происходящим в ресторане. Он гордился своей Розочкой.
Ах, как она танцевала!
Только один раз он почувствовал укол ревности, когда высокий статный мужчина пригласил его женщину: "Вот, дурак! Она ведь здесь, как на боевом задании". Он улыбнулся и решил дождаться окончания этого банкета.
Его внимание привлекло движение в зале ресторана. Там что-то случилось. Потому что все забегали. На полу лежал полный мужчина, а все суетились вокруг него.
Не раздумывая, Вадим Петрович вошел в зал:
— Посторонитесь, господа! — мужчина был бледен и без сознания. Он, как профессионал взял его за руку, посчитал пульс. — Нашатырь есть? Вегетососудистая дистония. Беречь надо себя, мужики, а не скакать, как в молодости. Понимать надо!
В карманах нашлось все: и валерьянка, и валидол, и корвалол. После долгого копания в своей сумке Зинаида Михайловна извлекла из ее глубин пузырек нашатырного спирта, объясняя его наличие тем, что ходила в аптеку и забыла вытащить.
Леонид пришел в себя. Долго всем своим друзьям рассказывал, что ему нельзя пить, а он позволил себе рюмочку.
Роза отвела Вадима Петровича в сторону и спросила:
— А ты откуда все это знаешь?