решились былые дилеммы.
- Какое?! – два озера, полные слёз.
- Доверие Миру… И Время.
Не греет ни кофе, ни кофта, ни плед,
и всё ж, удалось мне согреться:
помог укреплённый иммунитет
и мудрое мамино сердце.
МЫ (Искры огромных вулканов)
Искры огромных вулканов,
стихших когда-то давно.
Кружево меридианов,
кадры немого кино.
Трепет тугой тетивы,
тень мимолётных касаний.
Чьи-то забытые сны,
толика воспоминаний.
Брызги бушующих волн,
бьющихся вечно о скалы.
Смеха секундный фантом
в хищном зверином оскале.
Отзвук ветров и вибрация
тел, сошедших с орбит,
токов нейтрино пульсация,
Выдох и вдох цефеид.
След от хвоста кометы,
брошеные корабли,
фабулы для сюжетов,
блеск острия иглы.
Плотской любви послевкусие,
свет от погасшей звезды,
ломаных линий диффузия…
Знаешь, ведь всё это - МЫ!
На грани миров
Вьёт тишина необъятная
кокон глубокого сна
с неба жемчужными пятнами
брызжет колдунья-луна.
Полосами и диезами,
словно на грани миров,
тени косые изрезали
девственный снежный покров.
Путник стоял, завороженный
сумрачною красотой,
шорохом лёгким встревожены,
птицы стряхнули покой.
Снявшись бесшумными стаями,
вольные дети небес
в сводах чернеющих таяли...
Замер пустеющий лес.
(с) Юлия Волшебная, 2018 г.
Наедине
Все слова где-то в горле скомканы.
Прочь сомнения, прочь бельё.
Молчаливо согласье отдано,
и ты просто берешь своё.
Прикасаясь до боли медленно,
пропускаешь сквозь пальцы ток.
Жар под кожу стремится въедливо,
в венах литрами – кипяток.
Её тело струной натянуто…
Пальцы – внутрь, наружу - стон.
Столкновенье галактик рваное -
вдох ко вдоху, к бедру бедром.
Плотно, полюсами магнитными,
полнясь трепетом до краёв,
вы в бечёвку тугую свитые:
ногти в кожу и губы в кровь
Счастье рвётся наружу строками,
и на миг застывает мир…
А потом на постель осколками -
и волною летишь в эфир.
(с) Юлия Волшебная
Необратимость (по мотивам романа «Ада» В.Набокова)
Ты – та, что ближе всех и та,
что дальше звёзд. О Боги!
Мной движет лишь одна мечта
(и ту постигнет пустота):
земные развернуть дороги
к тебе одной! К твоим ногам
весь мир единым даром
сложить.
Сердца, как города
(на миг, на годы, на века!)
неистовым объять пожаром.
Та, жажду в ком я утолить
не смог и сотней губ
чужих,
чужих постелей.
Жить,
разорвав невидимую нить,
не станет сил.
О, как я глуп
и как беспечен был в те дни
свободы от терзаний,
когда нам были не страшны
(ты помнишь? Ну же, подмигни!)
разлуки предзнаменованья.
Кто нам вернёт ту тень садов,
где притаилось лето -
то, первое –
и чердаков
(и прочих пыльных уголков)
совсем недетские секреты?
Всё тлен. И времени стрела,
пространство отвергая,
расправив гордо два крыла
(широкий взмах, как у орла),
несётся прочь от призрачного рая…
(с) Юлия Волшебная
Не прячь свои крылья, Жар-птица
Не прячь свои крылья, Жар-птица!