Элайджа положил руку на плечо брата. — Если мы отпустим его. То он попробует повторить свою месть, — он облизал губы и одним точным и ровным движением снес голову вампира с плеч
Глава 10. Мои воспоминания о тебе
Я проснулась резко. Будто меня вытолкнули. И первым делом, судорожно хватая ртом воздух - ощупала свою грудь. О, боже! Он убил!
Вскочив с кровати, подпрыгнула к зеркалу и осмотрела себя.
Я вновь в своем теле. Я - это я.
Снова в своем мире. И вернулась к своей обычной жизни… Чтож, как бы то ни было, в моем мире у меня были кое-какие дела. Да, может они не важные. Но я должна их сделать.
Прибраться; съездить за покупками; закончить ремонт в летнем домике.
Я не знала, что будет дальше. И смогу ли я вообще туда вернуться. И даже если смогу, то как? В чье тело? Да и к чему мечтать о том, чего может и не случиться?
Вот только я не могла перестать думать об этом и даже после того, что там произошло — я жаждала вернуться обратно.
Мысленно пыталась передать послание Элайдже, или Никлаусу. Когда ложилась спать и закрывала глаза. Я представляла как возвращаюсь в Новый Орлеан. Как сообщаю им, что все меняется… Ведь в сериале не было ни какого Элиаса. А еще, говорю о том, что пусть Тристан, Аврора и Люсьен — устранены. Стрикс еще есть. И они попробуют разорвать кровную связь с создателем… со своим сиром. Об темных артефактах, хранящихся у Кирана, среди которых — серратура. Бронзовый медальон с резьбой и рунами. Способный создать границу, которая может удержать любое существо.
Люсьен и Де`Мортели хотели с помощью нее поймать Ребекку, Элайджу и Клауса.
Днями, я делала заметки, выписки из сериала, чтобы лучше запомнить. Скачала на телефон и «дневники» и «первородные». А ночью, лишь в фантазиях, возвращалась назад.
Так прошло три недели, и сегодня было новолуние. Небо ясное. И виднелись очень ярко все звезды. Я лежала на постели, глядя на него, через окно. Пока не начала поддаваться сну.
По телу растеклась слабость. Сменяемая дрожью. Начался озноб. Словно бы у меня поднялась температура. И то, что я завернулась в одеяло — не помогло. Меня морозило. Даже зубы начали стучать. А еще, словно бы сам воздух во круг, слегка завибрировал. Еле различимые трепыхания.
Нужно что-то делать…
И я решила смерить температуру. Чуть слышно застонав, я резко села на постели, чтоб подобраться ко столу. И ХЛОП — вместо ручки ящика, моя рука сомкнулась на ножке стула.
Я обнаружила что сижу на полу в той самой церкви. Во круг засохшие пятна крови. Но тел не было.
Ни кого не было.
Я поднялась на ноги. На мне плюшевая серая кофта на замке с капюшоном, которая требовала стирки. Серые штаны (над коленом — пятно от пролитого кофе). Ступни босые, лак на ногтях пооблез. Волосы собраны на макушке в небрежный пучок и несколько прядей выбились. Макияжа не было. Только брови были накрашены лайнером. В левом кармане — кольцо, бижутерия. Подделка колец Майклсонов. В правом — телефон. под чехлом которого были карты (дебетовая и две бонусные) и, 2000 рублей наличкой. Из нижнего белья, под пижамой только нижняя часть. В ушах только две серьги и обе в левом ухе. Остальные я сняла перед сном. Как сняла и пирсинг с губы. Выглядела я точно не презентабельно.
Сидеть здесь не было смысла. Каким-то чудом, я смогла попасть в этот мир целиком. И осторожно ступая по грязному, каменному полу я вышла на улицу
Была ночь. Довольно тепло, надо сказать. И ясно от луны.
Стояло полнолуние.
Чтож, одно радует — оборотни полумесяца сейчас в облике людей, так что я случайно не нарвусь. А вот Геррера… Но, они должны быть где-то в городе…
Вот только, в какой стороне город?
Оглядевшись по сторонам, двинулась по дороге, в надежде увидеть указатели. Но, меня ждал новый сюрприз. Когда я все таки обнаружила табличку, то смогла прочесть лишь: New Orleans/ West. И это означало только одно — мое знание языка исчезло вместе с чужими телами. Ну, превосходно!
Хорошо, что на табличке была стрелка указывающая направление. Так что, я просто пошла. А какой еще выбор? И где-то через пол часа я была рада плюшевой кофте. Но пожалела что не легла спать в ботинках. Ступни адски болели!
А еще через час, я в конец их изранила и стерла. Больше, идти я не могла и просто села на траву, на обочине дороги.
— Hey?
Я обернулась, пытаясь разглядеть обладателя голоса.
— Hi,